Я должен выстоять. Обязан. Еще хотя бы три минуты, после чего генерал отдаст приказ перестроиться. Тогда моё место займет стоящий позади, а я в свою очередь отправлюсь в конец строя дожидаться своего часа.

К слову, это была еще одна фишка старого игва — сражаться небольшими интервалами по пять минут. Пока одни себя изнуряют, старательно сдерживая вражеский напор — другие восстанавливают силы. После чего меняются. И далее по кругу.

Главное — провести маневр быстро, секунда в секунду, дабы не нарушать монолитность строя. И тут не важно, хочешь ты продолжать или нет. Пусть даже противник упал перед тобой на колени, подставляя под удар меча незащищенную броней шею — все равно шаг в сторону и назад.

Покидание строя вперед, в сторону врага, едва ли лучше позорного бегства. Выскочек на войне любят не больше, чем откровенных трусов. Каждый из нас должен всегда ощущать локоть товарища справа и слева. Если его нет — значит что-то пошло не так.

Думаю, именно поэтому Гундахар поставил нас в первый ряд. Мы должны были на собственной шкуре ощутить принципиальное отличие между дракой в небольшой группе и сражением посреди многотысячной армии.

И разница эта была колоссальной. В первую очередь нам пришлось напрочь позабыть про фехтование и дуэльные техники. Крутить и размахивать железякой, как и замахиваться из-за спины для вертикального удара сверху вниз — опаснее для своих. Поэтому выбор в строю не велик. Только рубящие и колющие удары вперед. Последние лучше. Их можно наносить из-за щитов, а значит гораздо проще сделать внезапными. В то время как поднятая над головой рука хорошо видна и уязвима для противника.

Собственно, именно благодаря этому из всего богатого ассортимента оружия римские легионеры выбирали меч. Топором нельзя колоть. Булавой и молотом тоже, плюс ко всему не хватит свободного места для замаха. А меч универсален. Им можно как рубить, так и колоть. И пожалуй, именно его я выберу в качестве своего следующего основного оружия. К черту посох. Практичность — наше всё.

БУМ!

В четырех метрах правее образовался широкий просвет, и в воздух брызнули веера кровавых брызг. Небесный Доминион зарядил по нам чем-то мощным, однако, что именно это было я так и не понял. Да и не важно. В эту секунду я больше радовался тому, что попали они по кому-то другому, а не по нам с Германом.

«Интересно, что бы было, не будь у меня той толики удачи, что неоднократно спасала мою жизнь» — успел я подумать, прежде чем эта мысль сыграла со мной подлую шутку.

Один из тяжелых пилумов, что были сконструированы таким образом, чтобы застревать в щитах, а затем оттягивать их своей тяжестью к земле, пролетел сквозь узкий просвет и вонзился мне прямо в лицо.

Я воскрес почти так же быстро, как и умер — сработала уникальная способность «Восстание из мертвых». И столь же быстро вернулся обратно на место, благо старина Герман вовремя спохватился и продолжал стоять, удерживая мой щит тоже.

Это мигом меня отрезвило. Я не особенный, не неуязвимый и не являюсь героем кино, чью доблестную тушку по какой-то причине всегда обходят стороной вражеские копья и стрелы. А если и ранят, то попадают исключительно в мякоть, не задевая при этом кости, артерии и жизненно важные органы.

Нет. В реальности подобное везение — редкость. Кто-нибудь обязательно да получит смертельный укол в глаз, сердце, печень и почки. А если до сих пор тебе несказанно везло, и благодаря этому ты вдруг поверил в иллюзию собственной крутости — получай по шапке и впредь думай о защите.

— Ха, а я все гадал, кто же из нас первым помрет? — усмехнулся позади меня Мозес — Не думал, что это будешь ты!

— Угу. Ты главное рот так широко не раскрывай. Иначе дротик влетит — проворчал я, недовольный тем фактом, что из-за фантомных болей у меня теперь чудовищно слезился правый глаз.

Бум!

Меня вновь отбросило на полметра назад, а кисти рук отсушило болезненной отдачей. Будь я обычным человеком — этот удар стал бы для меня смертельным, ибо по силе он ничуть не уступал выстрелу из танка.

«А хороший у меня все-таки щит» — подумал я — «Справляется не хуже, чем тройной слой брони от новенького БМП. Хотя и весит примерно столько же».

— ПЕРЕСТРОИТЬСЯ!

Шаг в сторону и назад.

Бум!

Строй снова сомкнулся.

Тяжело дыша, я, Герман, Локо, Мозес и Август направились обратно в конец очереди. Как и десятки других незнакомых мне людей.

— Фух… было жарковато.

— Погоди. Это еще только начало.

— А что по итогам? Кто-нибудь в курсе?

— Наших погибло около пятидесяти. Солдат Доминиона в районе трехсот — сказал Август — Заманивают нас. Думаю, с минуты на минуту надо идти в наступление, иначе Эрдамон поймет, что мы его раскупили.

— Ты прав.

— ВПЕРЕД! — послышался громоподобный приказ Гундахара.

В отличие от нас тот не расслаблялся ни на секунду.

— Ну вот — расстроился Герман — Сейчас начнется самая мясорубка. И как назло, без меня.

— Поверь, мой дорогой анаболик — улыбнулся «учитель» — У тебя еще будет возможность оказать Небесному Доминиону весь перечень кровавых услуг. Всему своё время.