– Это что, правда Британия?

– И не говори. Выглядит так, будто это заграница. Макс и Ник живут в самом конце песчаного пляжа. Он длинный, несколько километров, наверное, и там почти никого нет. И домов рядом тоже немного, – рассказывал Бишоп, продолжая листать фотографии.

– Это Макс? – уточник Тристан, когда заметил фотографию крепко сбитого мужчины в бейсболке, снятого со спины. Он руководил парочкой официантов с тележкой, наполненной напитками.

– Ага. Мы тогда как раз все готовили к приходу гостей. А это Ник, – Бишоп указал на высокого мужчину, тоже повернутого спиной к камере. Он стоял под большим белым навесом, расположенным неподалеку от бассейна. У Ника были короткие светло-каштановые волосы, и он был неплохо сложен. На фотографии он как раз снимал с тележки какие-то коробки.

– А других фотографий Ника и Макса у тебя нет? – спросил Тристан.

– Дай проверю. – Теперь он пролистывал фотографии, сделанные внутри большого шатра. Работники разбирали бар и устанавливали на место гигантскую ледяную скульптуру.

– Нашел фотографии пляжа. Перед домом есть песчаная насыпь, что-то вроде дюны. Это туда нас с Сэмом звал Ной. Мне показалось, что он уже бывал в этих дюнах.

– И как он отреагировал, когда вы ему отказали?

– Меня позвал другой гость, но Сэм потом рассказал, что Ной никак не хотел оставить его в покое. В конце концов Сэм сказал ему отвалить нахер, и тогда Ной взбесился, перевернул поднос с напитками и обругал Сэма вдоль и поперек.

– Макс что-нибудь сделал?

– Я не знаю, был ли он вообще рядом. К тому времени вечеринка уже была в самом разгаре, было очень шумно, так что никто ничего и не заметил. Макса больше беспокоило, что люди уходят слишком далеко к пляжу.

– Почему?

– Я снял фото, когда мы ходили на пляж перед вечеринкой, – сказал Бишоп. – Смотри.

Фотография изображала большой пустынный пляж, над которым уже садилось солнце. Прилив отхлынул от берега, обнажая мокрый песок. Слева виднелся большой знак, на котором было написано:

– Макс рассказывал, что у Ника пунктик насчет прилива. Он вечно за ним следит – когда прилив, как далеко уходит вода и все такое. Не осталось ли на пляже людей, потому что это очень опасно – можно крепко застрять в грязи. Пару раз получалось так, что гости напивались и заходили слишком далеко в море, а когда вода начинала прибывать, их чуть не утопило.

Тристан уставился на фотографию.

– Воды даже не видно.

– Ага. Вода отливает очень далеко, но и возвращается она очень быстро. Макс рассказывал, что каждый раз, когда Ник уезжает в командировку, то просит его следить за прогнозом погоды на случай, если будет шторм.

– Дом может затопить? – предположил Тристан.

– Не думаю. По-моему, у Ника просто какой-то ПТСР на этот счет.

– ПТСР? Он застрял в песке во время прилива?

– Не знаю. Но в новостях часто рассказывают, что на их побережье прилив накрывает машины или даже людей. Макс не очень любит оставлять Ника одного надолго, потому что он реально с ума сходит на эту тему.

– Ему ставили официальный диагноз? – спросил Тристан.

– Без понятия. Они, по-моему, ведут достаточно затворнический образ жизни. Я только раз слышал, как Макс рассказывал, что они были в Лондоне и пошли в кинотеатр. А там у Ника случилась полноценная паническая атака.

– Почему?

– Он сказал, что они вообще никогда никуда обычно не ходят. Ник ненавидит толпу, но Максу очень хотелось посмотреть «Женщину в черном», так что он уговорил его сходить в кино. И половины фильма не прошло, как Ник начал паниковать и им пришлось уйти.

– Они женаты?

– Не думаю. Но они вместе уже очень долго.

– Не знаешь, каким видом недвижимости занимается Ник?

– Макс довольно расплывчато это объяснил. Что-то про частные инвестиции, высококлассные объекты, все такое. А вообще Ник просто прелесть. Он высокий, как Макс, но довольно мужественный, и в этом они с Максом точно отличаются.

– Сколько ему лет?

– Около пятидесяти.

Тристан сделал еще несколько пометок в блокноте и сверился с уже написанным.

– Во время работы ты ничего не слышал об коммуне? Может, кто-нибудь из коммуны приходил в отель?

Бишоп покачал головой, а затем нахмурился.

– Ты сказал что этот парень, Дэвид, жил там, а потом пропал. Как это случилось? – спросил он.

– Он не появился на дне рождения своей подруги. Это было в июне 1999 года. Дома у него не было, он оттуда сбежал. Его подруга, Шелли, забеспокоилась и обратилась в полицию, – рассказал Тристан. – Помнишь, мы говорили о Ное? Он никогда не приходил к вам в отель?