Из травы под ногами стрельнули каменные иглы, едва не пробив мои хваленые ботинки. Я ахнула и принялась подпрыгивать словно на раскаленной сковороде.

– Эграс, чтоб тебя! Лезь на дерево! – знакомый гнусавый голос заставил меня ухватиться за ближайший ствол и обнять его, поджав ноги. – О, ну надо же. Не такая дура, как кажешься.

На длинной ветке кряжистого деревца метрах в пяти дальше сидела Лайза. Она качала стройными ножками в обтягивающих брючках и рассматривала меня, скорчив недовольную гримаску. Номинальная невесомая юбочка задралась, едва прикрывая бедра. Обычно тщательно ухоженные локоны прошли первую стадию растрепанности, посерев от какой-то лиственной требухи и пыли. Эк ее помочалило за короткое время.

Но… не мне, меховому чудищу, повисшему на деревце, кого-то критиковать.

– Первые пару минут после рождения дракона, - сообщила она, - идут изменения ландшафта. Небольшие, но почти всегда неприятные. И если ты не земляной, то лучше отсидеться повыше.

Я подтянулась, проклиная так и не снятые рукавицы, и громко ответила:

– Спасибо за подсказку! А почему ты мне помогаешь? Потому что мы в одной команде? До этого я не видела от тебя особой заботы.

Красавица сжала губы в куриную попку, опустив глаза вниз и подчеркнуто внимательно изучая, как трава превращается в острые камни. И лишь через паузу, нехотя сообщила:

– Нам нужно короткое перемирие, проклятая. Я обдумала твои слова насчет зависимости друг от друга на игре, в них есть резон. Так что до конца матча можешь меня не опасаться, не трону.

– Договорились, - пропыхтела я, печальным образом скользя вниз из-за того, что дерево, на котором я висела, вдруг принялось расти вширь стволом, становясь неохватным. – До завершения помогаем друг другу. Первый шаг ты уже сделала, я оценила! Теперь скажи, куда нужно идти новичкам. Должны же быть какие-то договоренности…

– П-ф-ф, ты не новичок, а случайная замена, - мгновенно сорвалась она.
– Думаешь, что Криса захомутала? Как бы не так, он не ищет серьезных отношений! Через неделю забудет, как тебя зовут…

Н-да. Вроде об игре говорили. Жалко мне озлобленных людей, они разочарованы, одиноки, отравлены темными мыслями и норовят накидать яда по соседним тарелкам. Мой папа из прежнего мира как-то сказал: «Если в человеке нет собственного света, он не может согреть другого. Ни любимого, ни друга».

– Ты меня недооцениваешь.

В меня стреляли взглядами так, что, если бы за каждое попадание одаривали деньгами, я бы уже стояла на золотой горе. Хм… изменения почвы практически завершились, можно спускаться.

Мы спрыгнули вниз, где травы почти не осталось, а почва превратилась в смесь песка и камня. И как-то само собой оказалось, что шагнули на сближение.

– Если запасной входит в игру и не встречает своих, - нехотя начала говорить Лайза, признавая новые правила наших взаимодействий, - нужно идти к Гнезду. Один из воздушников долетит туда и скажет, что нам делать.

Я отрицательно закачала головой.

– Не пойдет. Счет «один-ноль», поэтому Крис точно сменит тактику. Чтобы не проиграть, ему сейчас нужно хотя бы одно Яйцо донести, каждый воздушник будет на счету, да и не станут терять из-за нас время. Предлагаю идти в центр.

– Там же самая свалка! Нас убьют.

– Зато покинем игру красиво, а не бессмысленно просидим на базе.

Сверху что-то зашумело, по лицу Лайзы мазнула тень. Так и не завершив спор, мы одновременно подняли головы. Мамочки! Следовало бы догадаться, что рашевцы сообразят подловить запасных игроков недалеко от входа. На нас пикировал крупный парень в черной форме.

– Стоять! – рявкнула я. – Мы свои! Ты что, не в курсе?

Пока он недоуменно забил крыльями, пытаясь остановиться и осознать происходящее, я схватила Лайзу и дернула ее под защиту деревьев.

– Почему вы свои? – заорал черный, спускаясь на поляну. – Чей приказ?

– Мы не нужны? Тогда свободен!

Он с шумом приземлился, и мы едва спрятались за могучим стволом. Лучше бы, конечно, в кустарник, но его почти не осталось после изменения ландшафта.

Побежим и нас с очень большой вероятностью засекут. Но и стоять так вечно невозможно. Рашевцу достаточно сделать несколько шагов вглубь, и он нас засечет. Но сдаваться – не наш метод.

– Что умеешь из магии?
– прошептала я невольной «компаньонке».

– Я иллюзионист, но совсем слабый, - едва слышно ответила она, - вода и огонь, сплошные противоречия. А ты кто?

А я хрен знает что. Точно что-то крутое, но очень скромное, иначе давно бы что-нибудь проявилось. А еще я могу превратиться в здоровенную пухленькую дракошу великолепного цвета. Но – исключительно гипотетически, ибо не знаю каким образом это повторить, да и не факт, что это разрешено правилами.

– А я стратег, - пробормотала я в ответ. Посмотрела, как ветер колышет зелень вокруг и, подтянув к себе тонкую ветку с широкими, пятиугольными листьями, закрыла лицо импровизированной маской. Осторожно, одним глазом выглянула на полянку, откуда мы убежали.