— Ясно. Очередные игроки-признаки. Никто не видел, никто ничего не знает. В таком случае, запишу их к «серым», даже ближе к «чёрным». Если после второго данжа никакой информации о них не будет, то придётся их останавливать.

Таким же образом прошлись по группам из первой двадцатки. Ситуация, мягко говоря, оказалась неприятной. Из остальных девятнадцати групп четыре точно относились к «Невозвращенцам». Эрайз узнал в одной из них Керпула, охотника, который по счастливой случайности выбрался из «Тёмного треугольника». Семь групп были «белыми». Они были специально отобраны как Эрайзом, так и другими участниками Совета. Правда, в свете последних событий нельзя было точно сказать, а не пыталась крыса из Совета пропихнуть «Невозвращенцев» под видом белых.

Восемь оставшихся групп не смогли отнести ни туда, ни сюда. Они — солянки или просто сыгранные ребята, которые выставились на турнир просто так, из желания победить. Никто не мог предсказать, в какую сторону склонится их мнение через день.

— Извините, я отлучусь на минут двадцать, — встал из-за круглого стола Токс, когда подошло к концу часовое обсуждение полярности групп.

Эрайз устало взъерошил волосы. Вся эта «охота на ведьм» ему порядком надоела. Ещё сильнее тучи нагнала Уксилинс, ответственная за работу с новичками. Несмотря на то, что в Совете она давно, каждый раз, когда ей приходилось брать речь, девушка нервно поправляла круглые очки и юбку, расписанную снежинками.

— …они стали дежурить на стартовых локациях и вербовать новичков. Причём делают это аккуратно, представляясь гильдией, которая заботится о новых игроках. После идёт промывка мозгов и роспись плюсов длительного пребывания здесь. Разумеется, про минусы не говорят. Проблема в том, что мы ничего не можем сделать. Сражения до сорокового уровня запрещены, а на стартовой локации пвп и вовсе под запретом…

И это ещё они не решили что делать с предложением, озвученным «Невозвращенцами». Выгодно ли разменять четыре с лишним года заточения на спокойную жизнь? Никто не знал верный ответ. Обсуждение решили отложить до конца турнира. Если победит «белая» группа — можно попробовать жёстко пойти в отказ. Иначе…трудно представить последствия появления пяти артефактов в неправильных руках.

— …из-за этого «Невозвращенцы» вербуют игроков на всех уровнях, что позволяет…

Уксилинс замолчала и от удивления плюхнулась на своё место. Эрайз, сидевший спиной к двери, услышал, как та распахнулась.

«Токс вернулся?» — пронеслось в голове. Тогда чему так сильно удивилась Уксилинс? Эрайз развернулся и не поверил глазам. Перед ним стоял…Лодап. Правда, он был каким-то другим.

Несмотря на то, что внутри Совета слово Лодапа часто имело решающее значение, многие не воспринимали его всерьёз. С его предложениями соглашались не потому, что уважали, а потому, что он часто говорил разумные вещи, спорить с которыми — бессмысленно и подозрительно. Среди крутых ребят, разгуливающих в доспехах и волшебных мантиях и регулярно бросающих вызов самым сложным боссам, маленький, неказистый и лысеющий мужчина под сорок, который даже не переступил порог доступа к пвп-сражениям, был как чужой. Однако сейчас Эрайз почувствовал ауру силы от этого человека.

Во многом способствовало то, что тот стоял не в привычном сером костюме, а в чёрных, расписанных золотом доспехах. От зачарования они едва заметно горели красным цветом с оттенком, близким к кровавому. Небольшое количество волос с одной стороны было грубо и неряшливо острижено, словно ножницами баловалась трёхлетняя девочка. В правой руке Лодап держал короткий меч, в левой — кинжал и топор.

— Жалкое зрелище, — презрительно сказал Лодап, сверля каждого в совете сухим взглядом карих глаз. — Я оставил вас всего на несколько дней, и во что вы превратились?

Эрайз от удивления не знал, что и сказать. Изменился даже тон. Теперь перед действительно стоял не смешной Аристарх Анатольевич, а Лодап, игрок шестьдесят четвёртого уровня, который каким-то чудом сбежал от «Невозвращенцев».

— Лодап…но…как? — ошарашенно спросил Кузнец.

Лодап ухмыльнулся и бросил к его ногам оружие. Меч, кинжал и топор упали на мраморный пол с жалобным звоном.

— Ещё вопросы есть? Но для самых несмышлёных отвечу — сбежал. Прихватив с собой трофеи.

Пока все продолжали шокировано смотреть на него, Лодап обогнул стол и подошёл к месту, за котором он всегда сидел.

— Уксилинс, девочка моя, здесь занято, — сказал Лодап так мягко, что даже Эрайзу стало жутко.

Уксилинс пискнула и выскочила с такой скоростью, словно ей под сиденье подсунули раскалённую сковороду. Лодап вальяжно уселся на своё место, закинув ногу на ногу.

Как и в начале, Эрайз терялся в своих чувствах. С одной стороны, возвращение «разума» Совета — это хорошо. Но с другой…чуйка подсказывала, что за этим чудесным возвращением потянется цепочка не самых приятных событий.

— Охренеть. Это какой-то бред.

Изумлённый возглас Брэйва нарушил висевшую в его с Ди обители тишину. После проходки Вилл распустил всех на несколько часов, не сколько попросив, сколько велев собраться ближе к вечеру. Нужно узнать, как закончился первый турнирный день, и, что самое важное, обсудить случившееся.

Возглас Брэйва вывел всех из лёгкого оцепенения. Вилл сразу понял, что в итоговой таблице случилось нечто экстраординарное. К концу дня они свалились ниже семидесятого места. До половины девятого первую позицию удерживали «Пати маминой подруги», однако после очередного обновления лидер изменился.