Она присела на корточки и улыбнулась девочке, в пустых блаженных глазах которой отражались небеса.

— Привет, Исилия, как дела?

— Пливет, — широко улыбнулась ее собеседница. — Холосё.

— Отец тут?

Девочка деловито закивала.

— Скажешь ему, что мы уже идем?

Новый кивок, и девочка стремглав умчалась выполнять поручение, а Игнис, поднявшись, пристально посмотрела на принца.

— В вашей блистательной столице ведь нет такого заведения, не так ли?

Таривас виновато улыбнулся.

— Госпожа Орелия помогает страждущим в меру своих сил и возможностей.

— В то время как ваша матушка и пальцем не пошевелит для того, чтобы помочь облегчить ее работу, — в голосе Игнис послышалось плохо скрываемое неодобрение. — Ладно, это сейчас неважно, мы почти на месте.

Они прошли до конца коридора, свернули налево и оказались в просторной комнате. В центре этой комнаты прямо на полу сидел мужчина, на коленях у которого устроилась миловидная девочка восьми лет, а вокруг, замерев, точно статуи, сгрудились десятки детей всех возрастов. В единственной руке мужчины находилась большая книга, и он, время от времени заглядывая в нее, рассказывал детям сказку. На плече его восседал огромных размеров иссиня-черный ворон с четырьмя парами алых, будто рубины, глаз.

Объединяло и детей, и мужчину одно — тяжкие увечья. Левая рука чтеца отсутствовала почти по плечо, оставив болтающийся рукав пустым. Всю нижнюю половину лица скрывал темно-зеленый платок, одет же он был в темных цветов дублет и брюки, заправленные в невысокие сапоги.

— Отец, — Игнис выступила вперед и почтительно склонила голову. — Я привела их.

Мужчина закончил предложение и ловко закрыл книгу.

— Простите дети, — мягко произнес он, — сказку вместо меня закончит тетя Эрато, хорошо?

Дети недовольно загудели, но расступились, а маленькая девочка первой слезла с коленей человека. Мужчина поднялся и взглянул на гостей. И вот тогда-то у Лариэса подкосились колени.

За последние недели он повстречал много людей со взглядом, способным приморозить к месту. Взять хоть того же Ридгара или Катержину — когда та пророчествовала. Но это…

Вороний Король Корвус — этот худощавый короткостриженый худой человек, чьи совершенно седые волосы, а также многочисленные морщины на лбу и под глазами выдавали немалый возраст, — обладал столь могучим взглядом, что, пожелай он того, безо всякой магии сумел бы остановить взбешенного быка, просто посмотрев на него.

— Вы пришли.

Не вопрос. Констатация факта. Ни следа благожелательности в голосе, способном заморозить кровь в жилах.

— Здравствуй, Ридгар. Привет Орелия, — Корвус бросил короткий взгляд на притихших детей, после чего сделал шаг вперед и протянул книгу Эрато. — Перышко, будь любезна…

Матриарх с почтением взяла книгу и широко улыбнувшись, заняла место своего господина.

— Итак, детки, на чем вы остановились? — спросила она, перелистывая страницы.

— Поговорим в другом месте, — приказал Вороний Король, выходя из помещения. — Следуйте за мной.

Не давая никому произнести ни слова, чародей быстрым шагом двинулся в сторону, противоположную лестнице. Лариэсу и остальным не оставалось ничего иного, кроме как поспевать за ним.

В том, что это все — заранее спланированное мероприятие, у юноши не было ни малейших сомнений. Правитель Волукрима демонстративно унижал как Дилирис, так и Ривеланд, выказывая презрение лицам королевской крови. Но делал он это столь умело, что при всем желании ни у кого не могло появиться и ни единой возможности возмутиться.

Лариэс украдкой поглядывал на Корвуса, запоминая резкие суровые черты однорукого сковывающего, и продолжая размышлять.

«Естественно, ни канцлер, ни принцесса не могли появиться на нашем пути просто так. Сперва он отправляет эскорт, достойный принца, затем — демонстративно принимает в больнице для детей-калек, привезенных сюда со всего континента. Интересно, как на это отреагирует его высочество?»

Реакцию королевы, к примеру, Лариэс легко мог вообразить, однако принц был слеплен не из того же теста, что его мать. И хотя было видно, что ему неприятен столь оскорбительный прием, держался Таривас молодцом.

Коридор окончился толстой дубовой дверью, которая распахнулась сама-собой, стоило только Корвусу оказаться рядом. Внутри их ожидала комната, заставленная многочисленными книжными полками. Тут же располагался длинный стол и ряд кресел.

Комната эта, явно часто использовалась и походила на рабочий кабинет.

«Король Волукрима что, занимается государственными делами здесь?» — промелькнуло в голове у Лариэса. — «Но зачем? Нет, конечно все знают, что он любит детей, но, чтобы настолько» …