Эш коснулся кончиками пальцев ее предплечья, на котором виднелся запудренный синяк.

Бэл встрепенулась, точно опомнившись. Вновь улыбнувшись, она забрала у Эша бокал из рук и погладила ладонью по щеке.

— Приходи завтра, спаситель. И вся ночь будет твоей.

— Запросто. Помнится, ты ведь мне обещала два бесплатных визита?.. — проговорил Эш, не сводя глаз с ее груди, отчетливо проступающей сквозь тонкую ткань туники. — Я ничего не путаю?

Бэл звонко рассмеялась.

— Да, именно так. Все правильно.

— Это хорошо, — сказал Эш, окончательно шалея от близости ее доступного тела и удивляясь собственной наглости. — Потому как сейчас я так остро нуждаюсь в умиротворении, что просто взорвусь, если зиккурат не раскроет мне свои объятия.

— Но это все равно будет считаться полноценным визитом, — предупредила Бэл, положив руки ему на плечи и глядя на него своими лучистыми, смеющимися глазами.

— Как скажешь, — ответил Эш, прижимая девушку к себе.

— Нет-нет, сначала тебе придется произвести разоблачение жрецов, — сказала она. — Поможешь снять тунику? Запятнанная репутация и мятый наряд мне ни к чему.

Под ритуальным одеянием прекрасный жрец оказался полностью обнаженным.

У парня перехватило дыхание, кровь горячо запульсировала в теле.

Он бы мог обладать ею, как клиент — шлюхой. По-быстрому получить желаемое и уйти восвояси.

Но Эш хотел взять ее, как женщину, которая ему нравится. И добиться того, чтобы ей тоже было хорошо.

Пускай у него нет опыта, зато имеется кое-что другое.

Сдерживая свое желание, Эш коснулся обнаженного тела Бэл, внимательно прислушиваясь к ее эмоциям.

Девушка податливо прильнула к нему, отзываясь на каждое движение, но Эш всегда знал наверняка, какое из них ей по-настоящему приятно.

Стигма на плече начинала жечь все сильнее, но он не собирался сбавлять обороты.

Все-таки от ворона был кое-какой прок. Его «чутье» можно было использовать и в личных целях.

Эш ввалился в дом Верры, когда стемнело.

Хозяйка тем временем хлопотала вокруг своих гостей, подавая им ужин — белые пшеничные лепешки, тушеного кролика и жареные яйца на большой сковороде. Даже для Эша она выставила плошку и кружку.

Не обращая внимания на пристальные взгляды Дария и Шеды, он неуверенным шагом прошел к очагу и плюхнулся задом на широкую хозяйственную лавку прямо рядом с грязным котлом.

— С возвращением, — проговорила Шеда, хмуро уставившись на парня. — Ты что, разгромил парфюмерную лавку? Несет от тебя…

Эш только промычал что-то неопределенное и устало вытянул ноги.

Верра, не сказав ни слова, предупредительно убрала котел у него из-под руки и вышла во двор, будто по делам.

— Ты пьян, что ли? — строго спросил Дарий, поднимаясь из-за стола.

— Нет. Верней, не очень, — Эш посмотрел на свои руки и хмыкнул. — Просто почти ничего не чувствую. Очень странное состояние.

— Что случилось? — уже встревоженно спросил Дар.

— Да ничего такого. Просто маленькое эхо от использования одной способности.

— В лесу приключение, что ли, нашел?

— Скорее, в постели у шлюхи, — ревниво зыркнула на Эша Шеда.

Эш засмеялся, блеснув белыми зубами в свете огня.

— Правы оба.

Поднявшись с лавки, он шагнул к столу, сбивая на ходу стоявшую у стены кочергу, налил себе в кружку воды и жадно выпил до дна.

— Я сегодня убил одержимую тварь, — сказал он, глядя в точку перед собой. — Сам.

Дарий прищурился.

— Неужели у ворона все-таки нашелся какой-то боевой навык?..

Эш отрицательно покачал головой.

— Не у ворона, хотя он тоже парень с сюрпризами. Не у ворона, Дар. У меня.

Входная дверь чуть отворилась и тут же снова закрылась. Верра поняла, что разговор еще не окончен, и решила не мешать.

— Как же ты умудрился?.. — искренне удивился Дар.

— А вот в этом вся соль, — сказал Эш, наливая себе из кувшина еще воды. — Ты не веришь, что я могу это сделать. Потому что я и сам в это не верил. Вот ты — другое дело. Верно?

Дарий возмущенно возразил.

— Я никогда не думал в этом ключе!..

— Да ладно — не думал, — перебил его парень. — Даже я сам думал именно так. Такие дела…

Эш опрокинул в себя еще одну кружку и устало плюхнулся за стол. От вина и бурного общения с Бэл у него подгибались ноги.

— А суть дела в том, что я и должен был так думать, — сказал он. — Понимаешь, Дар, ты — аристократ, бывший носитель стигмы, мастер этого… как его… — Эш нахмурился. — Ну, выпендрежного стиля. А я — раб, которому всю жизнь вдалбливали, что стигма то, стигма се… И что сколько бы мы не тараканились, лучшими из лучших становятся только те, кому дается стигма… Сейчас я думаю, что все это было частью подготовки к принятию предназначения. Чтобы мы все, как один, задрав штаны от счастья вприпрыжку неслись на передний край становиться такими, как Никкаль.