Локсий задумчиво смотрел на Кадмила, крутя большими пальцами. Взгляд был одновременно строгий, отстранённый и какой-то оценивающий. Это пугало куда больше криков и жутких иллюзий. Которых Кадмил ждал уже чуть ли не с нетерпением.

– Я... – он сглотнул насухую. – Со мной всё нормально?

Локсий пожал плечами.

– Думаю, да. Надо бы провести осмотр, но, судя по тому, что ты сам ходишь и разговариваешь, клинически ты более-менее здоров.

О, дивная манера замолкать тогда, когда больше всего ждут продолжения!

– Но? – не выдержал Кадмил.

Локсий испустил долгий вздох и откинулся в кресле.

– Я ограничил твои возможности. Сделал слабее. Хочу, чтобы ты перестал носиться как угорелый и творить бесчинства. Чтобы посидел на месте, подумал и сделал выводы.

Сердце пропустило удар и запрыгало с удвоенным рвением, разгоняя по жилам огонь. В глазах всё поплыло, разъехалось, завертелось. Кадмил сжал кулаки, так что отросшие ногти впились в ладони.

– Вы сделали меня слабее? Как? За что?

Локсий внезапно оскалился. Хватил по столу кулаком:

– За что? За что?! Ты хоть понимаешь, что мог спровоцировать политический скандал? Орсилора имела право пойти на Элладу войной! И только в счёт старой дружбы этого не сделала. Больше того: она тебя спасла! Но, конечно, потребовала, чтобы ты понёс наказание. И я не вправе был ей возразить.

Пейзажи на стенах затянуло сплошной бурой мутью. Кадмил мельком глянул на потолок. Статуи были там – многоногие, с роговыми отростками, с клешнями, лепились к светильникам, готовые напасть. Он перевёл взгляд на лицо Локсия и вздрогнул: узоры перетекали по коже верховного бога, сходясь в жуткие маски, личины ярости.

– Что вы сделали? – хрипло спросил Кадмил.

Локсий сердитыми, резкими движениями рук скомкал в кучу разбросанные по столу свитки. Выругался, смахнул свитки на пол.

– Тебя пришлось собирать по частям, – гневно проговорил он. – Буквально. У меня был полный доступ ко всем жизненным функциям. Я воспользовался этим в твоих же интересах, чтобы ты не вогнал себя в могилу. Опять.

– Что вы сделали? – спросил Кадмил снова. Горло перехватило, он осёкся. – Что я… теперь могу? И чего не могу?

Локсий шумно выдохнул.

– Ты не можешь летать, пользоваться «золотой речью» и становиться невидимым, – сказал он. – Я оставил тебе повышенную способность к регенерации. И умение накапливать пневму. Без этого не удалось бы восстановить тело. Но зарядным ложементом тебе пользоваться запрещено, имей в виду.

Лава затопила голову, ударила в поясницу, дошла до ступней. Кадмил зажмурился, глубоко дыша, ожидая, пока станет легче.

К тому времени, как он открыл глаза, Локсий успел подобрать один из свитков и с отвращением вглядывался в начерченные жрецами-аналитиками диаграммы. Узоры на коже побледнели. Картины вновь изображали мирные пейзажи. На статуи Кадмил решил не смотреть – сама мысль о том, чтобы повернуть голову, вызывала судорогу.

– Это навсегда? – спросил он.

– Посмотрим, – проронил Локсий. – Как покажешь себя. Увижу, что ты достоин снова стать богом – возможно, верну что-нибудь из умений. Но пока ты сумел продемонстрировать только глупость и безответственность.

Кадмил молчал, пытаясь осознать услышанное. Не может летать. Нет «золотой речи». Нет невидимости. Фактически, он стал обычным смертным. То, к чему привык с детства, что считал естественным и даже недостаточным для настоящего бога – всего этого больше нет.

А главное – как же теперь без пневмы?! Без зарядного ложа, без подпитки, без чистейшего, высшего наслаждения?..

Может, напомнить Локсию о заслугах? Объяснить, ради чего спланировал операцию, рискнул жизнью?

– Что с алитеей? – выдавил Кадмил. – Мой план сработал? Культ дискредитирован? Удалось очернить Семелу?

Локсий сделал неопределённый жест, будто бы огладив воздух перед собою:

– Что до Семелы – вышло в точности, как ты хотел. Весть о ритуалах с мёртвыми младенцами разошлась по всем Афинам. Теперь ею пугают детишек на ночь.

– Значит, моя задумка помогла? – спросил Кадмил с отчаянной надеждой.

Локсий поморщился:

– Ни хрена не помогла. Показатели проседают каждую неделю. Пневмы в этом месяце – на десять процентов меньше, чем в прошлом. Всё пошло по новой. И в Лидии то же самое.

– В Лидии? – ошеломлённо спросил Кадмил. – Откуда такие сведения?

– Да всё оттуда же! – рявкнул Локсий. – Едва я закончил тебя оперировать, как на меня набросилась Орсилора. Подняла крик чуть ли не при жрецах. Как мы могли шпионить на её территории! Как посмели подозревать! Я объяснил, что не имею отношения к твоим идиотизмам. Тогда она немного унялась и рассказала, что у неё та же проблема. Какие-то практики, из-за которых люди перестают давать пневму. Орсилоре пришлось допросить кучу народа, но она так и не смогла найти зачинщиков.