Лудии, конечно, не осмеливались чинить насилие при будущем царе и его могущественном наставнике. Но, как ни крути, это были мужчины, которые давно не видели существ противоположного пола. И сейчас они радостно ревели, хватали перепуганных девчонок, тискали, мяли, рвали тонкую ткань хитонов – словом, вели себя не лучшим образом. «Это всё на руку Эвнике! – в отчаянии думал Кадмил, вглядываясь в мелькавшие, искажённые ужасом женские лица. – Где же она? Надо сказать Акриону, чтобы велел перекрыть все выходы…»

В этот момент Акрион оглушительно закричал по-тирренски – он вообще здорово научился орать на бойцов, видно, сказывалась актёрская практика:

– Ко мне! Все ко мне, живо!

Лудии неохотно послушались. Выпустили из объятий помятых, плачущих рабынь, подобрали обронённые щиты, подтянулись к вождю. Акрион, возвышаясь над воинами (в большинстве своём, они были обычного для тирренов небольшого роста), объявил:

– Мы ищем мою сестру! Ищите Эвнику, не трогайте больше никого! Мне нужна Эвника!

«Да они не знают её в лицо, дубина!» – хотел выкрикнуть в досаде Кадмил. Но тут от дальней стены, где чернел проход в спальни, послышался женский голос:

– Акрион! Братец!

Голоса лудиев, плач рабынь, лязг железа и бронзы – всё затихло.

Она стояла рядом со алтарём, сжимая в ладони рукоять кинжала. Другой рукой теребила складки пеплоса на груди. «Смело, – оценил Кадмил. – Не удалось, верно, сбежать, и решила встретить судьбу. Что ж, тем лучше для нас».

– Ты живой, – сказала Эвника, и пламя факела, затрепетав от сквозняка, осветило её лицо. Она улыбалась радостно и удивлённо, будто была в самом деле счастлива видеть Акриона. – Ты живой, боги! Ты пришёл!

– Пришёл, – откликнулся Акрион. Он растолкал окружавших его воинов и двинулся к сестре.

«Кинжал! У неё кинжал!» Кадмил прицелился в Эвнику, но та уронила оружие на пол и, едва не споткнувшись, с разбега бросилась Акриону на грудь.

– Акринаки, Акринаки! Ах ты, непоседа, братишка, милый мой братец! – бормотала она, обнимая его за шею и целуя в щёки. – Я же столько людей разослала, чтобы тебя искали! А ты – ты сам пришёл! Фимула-то, Фимула рада будет! Живой, боги, боги милостивые, живой!..

Акрион взял её за запястья и с силой оттолкнул. Эвника пошатнулась. Удивлённо нахмурилась, всё ещё улыбаясь. «Неплохо сыграно, – усмехнулся Кадмил. – Впрочем, чего ещё ждать от той, кто давно играет не последнюю роль в Сопротивлении?»

– Возьмите её, – сказал Акрион.

Тут же подоспели двое бойцов – лудии за две недели научились немного говорить по-эллински и поняли команду, которую Акрион, забывшись, произнёс на родном языке. Крепко схватили Эвнику под локти. Она вскрикнула от боли и неожиданности:

– Вы чего? Эй, что за шутки? Акрион, это твои солдаты?..

– Перестань! – оборвал тот. – Можешь не стараться. До утра посидишь в подвале, там, где я сидел. А утром решим, что с тобой делать. Будет суд.

– В подвале? – Эвника растерянно огляделась. – Суд? Ты в своём уме? За что?

– Ты прекрасно знаешь, за что, – ответил Акрион. На скулах его ходили желваки. – Прекрасно знаешь. За то, что притворялась… За то… А, архидия!!

Он хрипло зарычал, стиснул виски сжатыми кулаками. Эвника ахнула.

– Продала меня разбойникам! – выкрикнул Акрион. – Ты, сестра! Как только… Как ты смогла такое? Мы же росли вместе! Я был в плену! Меня столько раз хотели убить! Меня бы и убили, если… если бы не друзья. А-а, хватит, хватит! Уведите её, уведите в подвал!

– Что за чушь? – закричала Эвника. Голос звенел, как слишком сильно натянутая струна кифары. – О чём ты говоришь, кто тебе такое сказал?!

Акрион выдохнул, провёл по лицу ладонью.

– Они сами признались, – сказал он почти спокойно. – Те разбойники, которых ты подкупила. Они тебя сдали. Всё, не хочу больше ничего слышать. Уведите её! Да обращайтесь бережно, это моя сестра. Несмотря ни на что. Скуна лукаре ми зива!

– Постойте, – беспомощно сказала Эвника. – Погоди, Акрион…

Лудии, которые держали её за руки, нерешительно двинулись с места. Эвника охнула, оступилась.

– Фурте скуна лукаре анкас зива? – спросил один из них, курчавый паренёк с крупным восточным носом.

– А, да, вы же не знаете, где подвал, – буркнул Акрион. – Кадмил, прошу, покажи им дорогу. Я должен найти Фимению.

Кадмил шагнул вперёд. Эвника вгляделась.

– Гермес? – подбородок дрожал. – И ты здесь? Милостивый, прошу, вразуми брата…