— Надо будет купить искусственную, — вздыхал он позже в Юлькином кабинете, — у меня иголки даже в тру…, в общем, везде! И все руки в смоле!

— Зато как она чудесно пахнет! — Юлька была счастлива и хотела делиться счастьем с окружающими.

— Да, — кивнул Мельницкий, — и я теперь буду пахнуть как елочка до середины марта!

Юлька смеялась над его словами.

Потом они вместе ездили покупать игрушки на елку и подарки детям. Юлька совершенно не ожидала, что крупный бизнесмен будет заниматься подобной ерундой сам, она вообще не понимала, зачем ему все это, но тем не менее, Костя довез ее до огромного гипермаркета и терпеливо ходил сзади с тележкой вдоль рядов с елочными украшениями. Юлька время от времени показывала ему что-то яркое и блестящее, Костя утвердительно кивал.

— А для сотрудников подарки будут? — поинтересовалась Юлька.

— Для сотрудников? — наморщил лоб Мельницкий.

— Ну да, для детей сотрудников, — пояснила Юлька, — у нас в школе были..

— Ну, если у вас в школе были, то чем мы лучше, — улыбнулся Мельницкий.

Однако, когда достали списки сотрудников, выяснилось, что на всех сотрудников всего три ребенка — Юлькина Лерка, и еще двое совсем маленьких детей у хореографа и визажистки. Остальные преподаватели были сами недавние дети.

— Ну что, они конфеты что ли не любят? — решил вопрос Мельницкий, — подарки будут всем!

Через три дня к зданию, где располагалась школа юных моделей, подъехала машина с логотипом известной кондитерской фабрики, и мужчины в синих комбинезонах начали ловко выгружать коробки и таскать их внутрь.

Юлька набрала телефон Мельницкого, он ответил после второго сигнала.

— Костя, приехали подарки, — ей хотелось как-то очень душевно поблагодарить его за доброту, — вы очень хороший человек! И я вам благодарна!

— Юля, — голос Мельницкого был как обычно спокоен, — я рад, что вы счастливы. Слушайте, приезжайте в офис, у нас сегодня корпоратив…

Юлька удивилась приглашению. Офис Мельницкого был в самом центре, в шикарном здании, украшенном новогодней подсветкой. Она была там несколько раз, и ей показалось, что это какой-то человеческий улей.

— Ой, не знаю… - она мялась, не зная, как вежливо отказать, — я не собиралась…

— Приезжайте ненадолго, наряжаться не обязательно, — Юлька услышала в голосе Кости просьбу, и, смирившись кивнула.

— Хорошо, только ненадолго.

Корпоратив был шикарным. На сцене пел кто-то знакомый, Юлька не могла вспомнить имени, шампанское лилось рекой. Она чувствовала себя неловко в простом шерстяном платье рядом с женщинами в вечерних нарядах, и уже сожалела о том, что согласилась, но вдруг почувствовала прикосновение. Полноватый мужчина средних лет, достаточно пьяный, чтобы подойти к незнакомке, приглашал на танец.

— Нет, извините, — Юлька развернулась, чтобы отойти и с размаху врезалась в другого человека. Она ойкнула и подняла глаза — это был Костя. Пьяный мужчина невнятно извинился и ретировался поскорее с глаз начальника.

— А со мной потанцуете? — спросил Мельницкий.

— Я не танцевала уже сто лет, — улыбнулась Юлька кривовато, — свадебный танец не считается.

— Я тоже, — Мельницкий протянул руку и не убирал ее, — давайте вспоминать вместе.

Юлька вложила свою руку ему в ладонь и пододвинулась ближе, позволив мужчине вести.

Лерка вышла из терминала и Юлька ахнула, глядя во все глаза на дочь. Она была такая… другая. Очень похудевшая, и от этого казалась выше ростом, в модном пальто, которого Юлька в ее гардеробе не помнила, с толстым шарфом вокруг шеи и с непокрытой головой в двадцатиградусный мороз. Лерка отстригла свои шикарные локоны, и теперь, с короткой стрижкой смотрелась очень взрослой.

— Мамуля! — Лерка подскочила, обхватила Юльку за шею, и прижалась. От нее пахло какими-то легкими духами, которые удивительно подходили Лерке. — Я ужасно соскучилась! Лютик, привет! Как жизнь молодая?

Илька распахнул объятия и обхватив любимицу, приподнял ее над полом.

— Или мне тебя теперь папой называть? — ехидничала Лерка.

— Здоровая вымахала, — добродушно проворчал Илька, — а какая была дурочка, такая и осталась!

Он выдвинул ручку чемодана и двинулся вместе с толпой из автоматических дверей аэропорта. Лерка повисла на Юлькиной руке и они так и шли, не отрываясь друг от друга.

— Лерочка, — заволновалась Юлька на улице, — а почему без шапки в такой холод?

— Потому что в Питере плюс два, — ответила Лерка.

Илька довез их до дома, высадил и уехал на работу. Лерка бродила по квартире, осматривалась, и вообще, вела себя как гостья. Юлька хлопотала на кухне, потом, заставив стол едой крикнула дочь, чтобы шла обедать. Лерка села на стул, оперлась щекой на руку и смотрела, как Юлька домовничает.

— Ты какая-то странная стала, — задумчиво произнесла она, — совсем другая. Готовить научилась…