— Когда? — только спросила она.

— В августе, — ответила Юлька.

— Сестричка будет Петеньке, — Нина произнесла это мечтательно и нежно.

— Может мальчик? — предположила Юлька.

— Нет, девочка будет, — уверенно ответила Нина.

Отмечаемое акушерскими неделями, время неслось неумолимо. Юлькина жизнь зависела напрямую оттого, как она чувствовала себя. Это было странно и удивительно, Юлька помнила, что вынашивая Лерку, она была совсем не такой. А теперь она ежеминутно прислушивалась к тому, как ведет себя существо внутри нее. Не существо, поправляла она сама себя, а дочка. В положенный срок ей сообщили, что будет девочка. Юлька была к этому готова, слишком уж уверенно об этом заявила Нина. И теперь вся семья спорила, выбирая ребенку имя. Они никак не могли сойтись во мнениях, и только Лерка, периодически присылая матери сообщения с именами Перепетуя, Офелия, и им подобными, давала понять, что будет любить сестру с тем именем, которое ей дадут родители.

Внезапно наступило лето. Весна была затяжной, с холодными ветрами и снегом в конце мая, и вдруг стало жарко, люди сняли куртки и сапоги и переоделись в легкие платья и шорты. Юльке было тяжело. Внезапно оказалось, что у нее нет подходящей одежды, и она заставила себя выбраться в магазин для беременных, где прикупила пару блузок, брюки на резинке и сарафан. Но дома расстроилась окончательно, потому что все это смотрелось на ней ужасно. Она по-прежнему ходила на работу, все понимающий Костя почти уговорил ее взять помощницу-секретаря, и буквально на следующий день в офисе появилась шустрая женщина средних лет, которая тут же продемонстрировала привычку командовать всеми, в том числе и своей начальницей. Однако, она взвалила на себя всю работу, выполняла ее безукоризненно, и Юлька была ей благодарна. Вот и сейчас, в середине рабочего дня она сидела в кафе недалеко от работы, пила холодный зеленый чай и мечтала о том, как прекрасно было бы опустить отекшие ступни в прохладную воду.

— Привет, — послышался знакомый голос, и Юлька обернулась с улыбкой к подходившему Косте. Он, как всегда, выглядел отлично и, главное, бодро, чего нельзя было сказать о ней.

— Привет! — Юлька махнула рукой.

— Зашел к тебе, а Евгения сказала, что отправила тебя передохнуть, — Костя присел на пластиковый стул, — Юля, я велю бухгалтерам оформить тебе декретный отпуск, это совсем ни к чему, так изнурять себя.

— А кто сказал, что я изнуряю? — спросила Юлька, — Евгения Борисовна с утра до вечера пичкает меня травяными чаями, ничего не дает делать, только подписывать документы. Из-за нее я в два раза чаще в туалет бегаю!

Костя улыбнулся.

— Извини, — опомнилась Юлька, поняв, что сболтнула лишнего.

— Поехали пообедаем? — предложил Костя.

— Я недавно ела, — хотела было отказаться Юлька, — Костя уже встал и предложил ей руку. Юлька вздохнула, оперлась на него и с усилием поднялась. — Мне нельзя переедать, — грустно сказала она, — врач запретил.

— Да мы не будем много, — успокоил ее Костя, — окрошечку, фрукты, мороженое. Нормально?

— Нормально! — засмеялась Юлька.

Сегодня он сам был за рулем, поэтому со всей аккуратностью усадил ее на переднее сидение, наклонился, дотянулся до ремня и пристегнул, стараясь не давить на живот.

Ресторан "Два мельника" пользовался популярностью даже днем в будни, но Юлька уже знала, что у Кости всегда был зарезервирован столик в отдельной кабинке. Она бы тоже могла ходить сюда в любое время, но, почему-то стеснялась пользоваться незаслуженными привилегиями. Они присели, официант предложил меню, но Костя отрицательно махнул головой.

— Принеси окрошку, — сказал он, — сырники и компот.

Официант кивнул.

— Компот холодный! — предупредил Костя и молодой человек лицом изобразил упрек, дескать обижаете, сам знаю.

Юлька села в удобное глубокое кресло и сняла туфли.

— Боже, как хорошо! — простонала она.

— Юля, — снова начал Костя, — я серьезно настаиваю, чтобы ты уже занималась собой и будущим ребенком.

— Я и так достаточно занимаюсь собой, — ответила Юлька, — а дома я просто погибну от скуки и одиночества! Илья целыми днями на работе, у них там что-то происходит, какая-то реформация, и он работает и работает как заведенный.

— Ну, — заметил Костя, — твой муж уже на самом верху, выше только небо.

— Не совсем, — улыбнулась Юлька, — поговаривают, что кто-то из руководства уходит на повышение в Москву, возможно, нам придется переехать.

Костя переменился в лице и она даже испугалась его резкого движения вперед.

— Вы переезжаете?! — спросил он.

— Еще не решено, но все возможно, — ответила Юлька, — хотя, конечно, мне бы не хотелось оставлять родителей. Но, с другой стороны, там к Лере ближе… В общем, я еще сама не знаю, тем более, что рожать я точно буду здесь, уже и контракт подписан.

Принесли еду, и Юлька, до сих пор не чувствовавшая голод, ощутив запах окрошки, напала на незамысловатые блюда, очевидно, приготовленные специально для хозяина.

— Алиса Ильясовна здесь, — негромко произнес официант, и брови Мельницкого радостно взлетели.

— Юля, я ненадолго! — произнес он, и вышел вместе с молодым человеком.

Юлька даже не успела хорошенько задуматься, кто такая эта Алиса, как он вернулся, а вместе с ним молоденькая девушка, тонкая, как тростинка, с ребенком на руках. Девушка во все глаза смотрела на нее.