— И в честь чего у него возникла такая самоотверженность, Сергей Васильевич?

— Дурак ты, Кирюша. Там на записи видео осталось, как ты ребенка выносишь. Пятеро эту запись видели — все пятеро подтвердили, что наблюдали драку с поножовщиной между бандитами. И все пятеро тоже из-за тебя подставляются. Ты, дуболом… Ты… — Широков опять постучал ему кулаком по лбу, а потом по гулкой двери в туалет. — Ты хоть иногда думай, прежде чем что-то делаешь! Не один на свете живешь! Одно слово… Самасад!

Сергей Васильевич напоследок еще потряс перед ним кулаком, поскрипел зубами, но потом все-таки развернулся и вышел из квартиры. Лифтом не воспользовался — каблуки застучали по ступеням. Полковник нашел хоть какой-то выход для обуревавшей его энергии.

В дальней комнате, наоборот, было тихо. Кирилл чуть подождал, прошел туда.

Светлана сидела на матах у окна, прижав к себе Викторию, и гладила девочку по голове. Рядом распластался волк, подсунув морду Вике под руку.

— Вот, значит, где ты ее нашел… — тихо сказала женщина.

— Ей больше ничего не угрожает.

— Я не смогу пережить это еще раз.

— Полковник просто немного понервничал, — попытался объяснить Кирилл. — У него оказалось больше работы, чем он хотел, а его досье стало не таким чистым. На самом деле все хорошо, Вике больше никто не угрожает.

Светлана пересадила дочку на мат, поднялась, подошла к нему, погладила ладонью по щеке. Из ее глаз покатились слезы:

— Прости меня, Кирилл, но я не смогу так жить. Провожать на работу, на которой в тебя будут стрелять или резать, постоянно ожидать мести от тех, против кого ты воюешь. Бояться, что Вику снова украдут. Мне не пережить этого снова. Я не смогу. Прости. Прости…

Гостьи все-таки прожили в Москве еще два дня, а потом отправились назад, в город святого Петра. И теперь, похоже, навсегда.

— Все ерунда, — попытался утешить мохнатую часть своей сущности Кирилл. — Девочка подрастет, сможет сама приезжать и уезжать. Мы будем ее навещать, играть с нею, отдыхать вместе. Питер рядом, всего ночь езды. Что нам помешает?

Но это был самообман. Двуличная сущность понимала, что действительно навлекает своей дружбой опасность на любого близкого человека. И ради самой же Виктории — им лучше держаться от девочки в стороне.

ЧАСТЬ ШЕСТАЯ Лучшие из лучших

Глава 15

Пророчества указывали на мир и покой в судьбе Константина Белокотова — но Кирилл продолжал терпеливо выполнять свою скучную работу. К концу подкатывался сентябрь, однако Игорь все еще не вернулся, словно потерявшись в безразмерном отпуске. Самасад особо не беспокоился. Десантник был не из тех людей, за чью судьбу и безопасность нужно волноваться, а служба в последние недели стала такова, что с ней справилась бы даже четвертинка Кирилла. Два взрослых мужика и зверь были в охране совершенно ни к чему.

Первое октября тоже не предвещало неожиданностей — но в этот день Константин, запрыгнув в машину, вместо разговоров о предстоящей конференции и своем докладе на ней вдруг стукнул Кирилла кулаком в плечо и громко сообщил, буквально светясь изнутри:

— Кирюха, я жду ребенка!

— Что, задержка? — покосился на него Самасад.

— Дурак ты! — радостно похвалил его Костя. — Айнар сказала, что в положении. Вот прямо сейчас, когда провожала.

— Ты все еще с ней?

— Да ты не представляешь, что это за девушка! Месяцы, как один день, пролетают! Она такая… — Он запнулся, подыскивая слова, но так и не нашел. — Мне просто невероятно повезло, что я тогда с тобой на Ловать отправился. Сейчас страшно подумать, что мог ее не встретить, мог в лаборатории сычом под кондиционером свое счастье пересидеть.

— Да я вижу, вижу, — ухмыльнулся Кирилл. — Животик окреп, щечки порозовели… Знаешь, как женатого мужика от холостого отличить можно? По хомячковости. Холостой — он как суриката: тощий, дерганый и глазками постоянно по сторонам стреляет. А женатый — он спокойный, усидчивый, с наетыми щеками. Сразу видно: кормят, холят, лелеют. Вот у тебя ныне хомячковость высшего уровня в повадках проглядывает.

— Надо в тренажерную группу записаться. Хотя бы на пару часов в день.

— Понятно, хомячок. Снижение рациона в планах далее не рассматривается.

Константин в ответ только довольно хохотнул.

На обратной дороге они завернули в магазин, где Белокотов приобрел для подруги огромный букет белых лилий…

С ними он и ворвался в квартиру Самасада почти сразу после возвращения.

— Кирилл, Айнар исчезла!

— Как исчезла?

— Захожу домой — а ее нет! Вообще!

— Дверь сломана?

— Ничего с дверью не случилось. Айнар пропала!

— А вещи?

— Кирилл, ты меня не слышишь! Она пропала. Ее нет. Остальное на месте. Все! Серьги, платья, телефон, туфли, цепочка — все, что подарил, на месте! А ее — нет.