Шрифт:
Этот мужик по уши в нее влюблен, – подумал Дэниэл.
Машина не сдвинулась с места, пока Лидия шла к хозблоку. А потом водитель, наконец, нажал на педаль газа и быстро уехал. И Дэниэл был готов поспорить, что глаза ветеринара были прикованы к зеркалу заднего вида, пока он ехал по дорожке.
– Я планирую вернуться в свой офис, – сказала она. – Ты скоро уезжаешь?
– Да, я хотел бы получить фору на обратном пути в Гленс–Фоллс.
– Хорошо. Что ж, увидимся в понедельник. Будь аккуратнее.
– Всегда.
Она отвернулась. Повернулся снова.
– Я не смогу пообедать с тобой, извини. Это просто не... это неправильно. Я – не твой начальник, но у нас небольшая организация и... ты понимаешь.
– Я все понимаю, – тихо сказал Дэниэл. – Ты – профессионал, и я уважаю это.
Кивнув, как будто они пришли к общему знаменателю в позиции, непреодолимой, как кирпичная стена, Лидия махнула ему рукой и тихо попрощалась.
Дэниэл смотрел ей вслед. И был уверен, что Рик когда–то получил то же сообщение. Это объясняло тоску на его лице.
Если бы Дэниэл был другим человеком, он бы понял, что чувствовал этот парень.
Хорошо, что у них не было ничего общего.
Глава 9
Внутри главного здания, Лидия подошла к Кэнди, которая надевала куртку.
– А Дэниэл заполнил свои документы, чтобы получить деньги?
– Да, конечно. Я все внесла в систему.
– О, хорошо.
– Хочешь посмотреть, что он написал? – Кэнди приподняла бровь. – Конечно, из чисто профессионального интереса.
– Это меня не …
– Ему двадцать восемь. Его почтовый адрес в Гленс–Фоллс. В списке нет контактных лиц и ближайших родственников. В номере социального страхования четыре четверки – не знаю, что это значит, но это мое любимое число, поэтому я считаю это хорошим знаком. О, и я проверила банк. Ты не обналичила свою зарплату, хотя ездила в город во время обеденного перерыва. Вот каким образом мы смогли себе позволить его наем?
Лидия открыла рот. Потом закрыла.
Женщина закинула на плечо свою тяжелую сумочку.
– Это неправильно. У тебя тоже есть счета.
– Может, я просто не добралась до банка.
– Конечно. И эти розовые волосы призваны убедить всех, что я не состою в Американской ассоциации пенсионеров.
Лидии не смогла сдержать улыбку. Сегодня на ней был свитер бледно–лилового цвета с окантовкой в виде бабочек на воротнике и манжетах. Из–за парки, накинутой сверху, казалось, что весна пытается вырваться из–под тяжести зимы. Шерстяная метафора.
– Поэтому ты покрасила свои локоны в столь сочный цвет? – спросила Лидия.
– Сочный? Действительно? – Кэнди пожала плечами, и ее лицо приобрело рассеянное выражение. – И я не знаю, порой... просто не хочешь быть похожей на саму себя. Даже если это всего на пару дней и по нелепой причине. Учитывая, что я еду домой в одиночестве, чтобы покормить кошку и решить, какой «Стоуфaер» [15] поставить в микроволновку, ты понимаешь, почему я могу внезапно захотеть перемен.
– Ох, Кэнди…
Кэнди вскинула вверх указательный палец. Затем приложила ладонь к уху.
15
«Стоуaфер» (Stouffer's) – это марка замороженных полуфабрикатов, в настоящее время принадлежащая Nestl'e.
– Я просила сочувствия? Не думаю. Я вполне довольна своим выбором. Мне не нужно стирать чужое белье, я всегда знаю, что есть, а чего нет в моем холодильнике, и владею пультом своего телевизора единолично. В Америке куча женщин, которые хотели бы оказаться на моем месте.
– Клянусь, я не жалела тебя. Я считаю, что независимость действительно важна.
– Хорошо. Но тебе все равно придется отплатить мне.
– За что?
– Назначу тебя контактным лицом нашего смотрителя на случай чрезвычайных ситуаций… о, не смотри на меня так. Во–первых, я не занимаюсь сводничеством, а во–вторых, это политика компании. У каждого должно быть контактное лицо, и я бы записала Питера, но где он? Итак, решено. А сейчас я отдыхаю и не говорю о работе до понедельника, восемь тридцать утра… ну, может, восемь сорок пять, если я снова застряну где–нибудь за трактором Майзера.
– Кэнди, я не верю, что ты не сводничаешь.
– Никаких разговоров о работе до понедельника…
– Ты пробила его номер соцобеспечения…
– Проверка кадров, не более.
– Ты сказала, что это хороший знак.
Она пожала плечами.
– Я ничем не могу тебе помочь. До утра понедельника я не говорю на профессиональные темы, а вы двое – это профессиональная тема.
– Именно поэтому мы не можем встречаться…
– Ага! – Указательный палец появился еще раз. – Я знала, что он тебе нравится.