– Питер, признаться я вас совсем не узнала!

– Не удивительно, ваше сиятельство! Столько лет прошло! Но вы все так же юны и прекрасны!

Ирэн рассмеялась… Для всех время летит незаметно. Ежедневно глядя в зеркало, мы не замечаем тонких линий и штрихов, что наносит на наши лица и души безжалостный художник. Разглядеть во взрослом, симпатичном мужчине тощего неуклюжего подростка было сложновато. А он искренне радовался встрече с Ирэн:

– Я вас, ваша светлость, каждый день в молитвах поминаю.

– Так уж и каждый день! – Ирэн улыбалась и радовалась встрече, это было… Это было - как вспышка маячка из старых времен, в секунду осветившая весь путь, что она успела пройти с тех дней.

– Каждый, ваше сиятельство – Питер серьезно смотрел ей в глаза. – Отец умер в том году, когда вы уехали. Как раз через неделю после вашей свадьбы. Простыл сильно, ну вот и… Мама погибла бы вместе с братом, если бы не корова.

Ирэн чуть нахмурилась – вспоминать те свои впечатления было тягостно.

– А сейчас?

– О, тогда, после похорон отца, матушка наняла двух работниц и купила шерсти. Сейчас у нее уже четверо работают и есть свой станок. Пледы ткут и одеяла. И целых три коровы. Она продает молоко и творог, так что они с братом живут славно. Салм женился четыре года назад. И невестка у меня умная и работящая, и уже есть двое племянников. А матушка копит деньги на еще один станок! А ведь все это – от вас пошло, ваша светлость!

– А ты? Ты сам, Питер?

– Я сейчас управляющим при лорде Андре! – в голосе Питера сквозила гордость, для его лет это был просто прекрасный карьерный рывок. – И, возможно, скоро женюсь – продолжил Питер слегка смущенно.

Гости прибывали, но одной из самых странных встреч стал приезд сестры. Чуть погрузнела, пробилась первая седина, но все же – не старуха еще. Сестры осматривали друг друга с каким-то детским любопытством. Слишком близки они не были никогда, но сейчас Сания понимала, что с графиней-сестрой лучше поддерживать дружеские отношения. Она и к королеве вхожа, да и богата. А старая, подростковая еще ревность и борьба за ресурсы остались в далеком прошлом.

С собой Сания привезла двух старших дочерей – девочкам уже больше пятнадцати, пора выводить их в люди и присматривать женихов. Семилетний сын-наследник остался дома. Лорд Эронский отрастил приличное пузцо, сильно поправился и поседел, но был все так же громогласен, весел и прожорлив. Ну, ему ведь уже около пятидесяти. Зато девочки, племяшки, были стеснительны и миловидны. Ирэн отправила их знакомится с невесткой – они и по возрасту близки, и интересы у них общие. А Лорен, оставившая на помощницу свое баронство, присмотрит за ними.

Брак Лорен графиня считала очень удачным. Пусть муж ее – мелкопоместный северный барон, зато с помощью приданого жены молодые супруги организовали у себя прекрасный лисий питомник. Шкурки шли и на плащи, и на отделку зимних платьев. А случайное знакомство при дворе, когда Ирэн начала вывозить девушку, обернулось добрым супружеским союзом. Мальчишки-близнецы, Питер и Сэм, которых Лорен подарила мужу на третий год брака, приедут на обучение в графство Роган года через три-четыре – пока они еще слишком малы.

Конечно, Лорен немного скучала по южным теплым краям, но в браке была счастлива. Её муж сейчас уехал сопровождать графа де Рогана. А так барон де Брист казался леди Ирэн чуть скучноватым, но спокойным и надежным человеком. Ирэн понимала, что вряд ли еще скоро увидит свою девочку – даже этот визит дался супругам сложно, слишком велики расстояния. Но пропустить свадьбу Артура Лорен не желала. И так свадьба Дикона обошлась без ее присутствия.

Дикон женат уже четыре года и недавно стал отцом. Волею королевы-матери принял титул барона Ронджа и женился на последней наследнице титула. Баронство, надо сказать, из захудалых, в графстве Роган оно было самым маленьким и нищим. Однако в прошлом году Дикон уже гонял первых своих питомцев в столицу, на продажу. Одного из жеребцов купили для наследного принца Генриха и это было лучшей рекламой для коней. Его жена, миловидная и спокойная девушка покорила сердце леди Ирэн тем, что попросилась пожить в замок Роган на пару месяцев почти сразу после свадьбы. Леди Абигайль, краснея чуть не до слез, говорила:

– Вы не подумайте дурного, ваше сиятельство, но Дикон столько рассказывал про ваше хозяйство, и как оно разумно устроено, и как все ладно идет! В монастыре меня, конечно, такому не учили. Если бы вы позволили!

Почти полгода молодая пара жила в замке леди Ирэн, но это того стоило. Баронство Рондж уже давно не такое нищее, напротив, раздав два года назад последние долги, баронесса устроила и у себя небольшой ткацкий цех.

– Торговать мы, леди Ирэн, вряд ли в столице сможем, но в Эдвенче вполне можно будет продать излишки. А пока – да хоть бы и для себя ткани нужны.

Ирэн отпустила главного повара, сотый раз обсудив с ним, что и как подавать на стол. Ожидался приезд лорда Беррита, а вкусно покушать лорд любил всегда. Ирэн задумчиво листала бумаги, когда дверь в кабинет приоткрылась очередной раз.

– Мам, я решил отправиться в путешествие по морю! Ну, может не прямо сейчас, но сразу, как вырасту!

Сдерживая стон, графиня отложила бумаги и посмотрела на лорда Стенли-младшего. Умен, красив – весь в отца, крепок телом и шкодлив.

– Ты думаешь, тебе это будет интересно, Стенли?