— А тут нечего и думать Артур, — исповедник пожал плечами, — я не знаю, и боюсь никто кроме самого парня не знает.

— Я просил тебя подумать Энтони! — в голосе собеседника послышалась скрытая угроза, — Его Императорскому Величеству не понравится такой ответ.

— Ну пусть тогда прикажет пропустить меня и заодно всех остальных исповедников через строй солдат, пусть изобьют нас палками, — у старика не вздрогнул даже мускул на лице, — ну или заберут дело всей жизни, посадив под замок. Даю слово — это сто процентная гарантия, чтобы разобраться в проблеме!

— Энтони! Ты хоть не начинай! — разозлился сэр Артур, — я попросил тебя помочь, а не ещё больше всё усложнять!

— Хорошо, только для твоего успокоения я отвечу ему, что могу попробовать разобраться в этом, но срок не гарантирую.

— Это уже куда лучше, чем твой первый ответ, но если изменить концовку и попросить три месяца, будет вообще отлично.

— Ты ведь понимаешь, мне тогда придётся бросить всё, и заняться только этим? — изогнул бровь исповедник.

— К чёрту остальную работу Энтони! Империя за последнюю неделю потеряла миллионы! Все привыкли к получаемым душам и их потеря больно ударила по казне!

— Ладно, если ты настаиваешь, то я в твоём распоряжении, — нехотя согласился сэр Энтони, понимая, что ради таких сумм не остановятся ни перед чем.

— Отлично! — облегчённо вздохнув, полицейский вернул себе прежнюю невозмутимость, — поехали к императору, нужно успокоить его, прежде чем не полетели головы.

Старый исповедник на это лишь презрительно хмыкнул. Он много раз говорил, что Артуру, что советникам Императора, что к парню нужно относится совершенно по-другому. Ему нужно дать свободу и возможности, тогда он свернёт горы для своей страны. Сегодня он ещё раз убедился в правильности своих слов, едва понял, что придумал бывший ученик. Вот только теперь парень был по другую сторону баррикад, и это не только настораживало, но и откровенно пугало исповедника, представляя, что тот может наворотить, если там ему дадут лабораторию и возможность творить. Но эти свои мысли, он конечно же не будет транслировать никому другому, проблем хватало и без этого.

Сначала дирижабль, а потом автомобиль доставили нас обратно в Париж, всё так же под охраной специального подразделения, но хотя бы в этот раз, когда я начал доказывать свою лояльность, полиции больше не было. К тому же меня повезли не в имение мистера Пауля, а в неизвестное место в пригороде столицы. Закрытые окна не давали мне ориентироваться в пространстве, так что удалось рассмотреть, что новое место находится где-то у реки, и очень хорошо охраняется. Какой-то старый сторожевой форт был переделан под содержание важных гостей, поскольку снаружи неказистое и обшарпанное здание, к которому меня привёл майор Сорес, кардинально отличалось внутри от того, каким был внешний фасад. Во-первых везде была привычная мне роскошь, стоило только переступить порог единственной двери, которая вела внутрь, во-вторых выстроенная в два ряда длинная вереница слуг, которые встречали меня у входа, ну и в-третьих, самое главное, в деревянном кресле на колёсиках, меня ждала Анна.

Я конечно же бросился к ней, не смотря на приветствие слуг и обнял её, поцеловав после долгой разлуки.

— Привет Рэджи, — из уголка единственного глаза скатилась слезинка, — ты не против, я тут немного похозяйничала, всё равно особо нечем было заняться одной.

— Конечно, можешь даже об этом не говорить, — я приподнялся с колена и положил одну руку ей на плечо, поскольку к нам подошёл высокий, затянутый в чёрный фрак незнакомый человек вместе с майором Соресом.

— Позвольте представиться гражданин Икс, — первый из них обратился к мне, — я ваш дворецкий, Гастон д' Эбле. Ваше удобство проживания целиком возложено Сенатом на меня, так что по всем бытовым вопросам, можете вызывать меня в любое время.

Военный же сморщился и продолжил за ним.

— А меня приставили к тебе в качестве охраны и выполнения иных поручений, связанных с работой. Сразу скажу, что мне это вообще не нравится, но выбора мне не оставили.

— Вы будете поставлять мне материал для работы? — решил уточнить я, поправляя чуть съехавшую на лице шёлковую маску.

— Да, — его передёрнуло от этих слов, — а также всё остальное что вам потребуется для исследований. Мне сказали, что от вас ждут результатов, поэтому никаких препятствий с нашей стороны этому не будет. Тебе стоит только предоставить мне список необходимого.

— А он давно готов, — я достал из кармана сюртука лист бумаги и протянул его ему, — составил, пока мы летали на дирижабле.

Майор взял бумагу в руку и едва став читать, брови у него взлетели вверх, он поджал губы и вернул на меня взгляд.

— Мне нужно проконсультироваться у гражданина Пауля.

— У вас есть время до завтра, — я решил не упрощать ему работу, — сегодня я отдохну, а завтра с утра хотелось бы приступить к работе.

Военный кивнул и спрятав бумагу, ретировался из помещения, оставив нас с Анной, дворецким и остальными слугами.

— Давай я покажу твои комнаты, если что-то не понравится можешь ругать только меня, — Анна пошевелилась в кресле, привлекая к себе внимание, — весь ремонт и обстановка выполнены по моим желаниям.

— Конечно сейчас посмотрим, что ты сделала, — я взялся сзади за ручки кресла и покатил его в ту сторону, куда она показала рукой.

— Начнём с гостиной, вдруг мы будем принимать гостей.

За время экскурсии я понял только одну вещь, Анна вообще не разбиралась ни в чём, что касалось дома обустройства и чувства вкуса, поскольку помещения словно украшал, а затем расставлял в них мебель ребёнок. Причём его главной идеей при этом, было напихать всего побольше и побогаче. Вслух, понятное дело я не стал ничего озвучивать, а лишь восторгался и хвалил девушку. Она осталась такой довольной моей внешней реакцией, что даже щёки раскраснелись к концу поездки. Она призналась, что даже немного устала от показа и разговоров, и если я не против, то она хотела бы отдохнуть перед ужином, ведь мне ещё нужно будет переодеться и принять ванну. Согласившись, я кивнул дворецкому который всё это время молча ходил рядом с нами, не произнося и слова.