Стягиваю с Чейза футболку и брюки.

Цепляюсь за его боксеры и срываю их резкими движениями.

Обрисовываю пальчиками его кубики пресса и спускаюсь ниже пупка. Немного кудрявых, темных, смешных волосков, которые приводят меня к огромному члену.

Кингсайз — это название я навсегда запомню по презервативам, что нашла в бардачке его тачки.

Беру его в руки, немного знаний о том, что ему нравится. Обвожу губами головку и погружаю ее в рот. Даже вкус, в моем сне, через воспоминания передается. Нежная, мягкая кожа. я скольжу языком по ней, Чейз издает стоны в рваном дыхании.

Мне нравится, когда он в такой эйфории, от моих ласк. Я могу вобрать его плоть, только на половину. Чейз не выдерживает и отрывает меня от огромного леденца. Приподнимает за волосы к своим губам.

Он хорош в этом.

Всегда хочется все больше и больше Чейза Ричардсона.

Это как экстази, хочется не слазить с него.

Не даром у Рика было столько много покупателей-фанатов.

— Детка, я так сильно люблю тебя. Мой самый красивый цветок, — Чейз умеет соблазнять и говорить то, что возбуждает даже самые скромные мысли.

Пошлости от Чейза — это наслаждение, будто та лошадь, на которую ты поставил последние деньги выиграла в забеге.

— Именно ты сорвал цветок, именно ты, — я теряюсь в ощущениях, он целует мою грудь, лаская языком и прикусывая соски, по очереди.

— Никто кроме меня! Ты моя Джесси! Моя! — никто не спорит.

Пусть продолжает и не останавливается.

Не хочу ни о чем больше думать.

Чейз спускается ниже, целуя пупок и трогая мой живот, ныряет между моих широко разведенных бедер попутно ухмыляясь, прямо к лону.

Берет меня за бедра сжимая и входит языком внутрь.

Я вбираю воздух в легкие, откидываюсь на подушки и сминаю простынь.

Утопаю в перине, меня уносит каждый раз в параллельный мир с Чейзом.

Горячий язык скользит в меня, не обделяя своим вниманием, прямо к клитору. Задыхаюсь, иногда кажется, что мое сердце не выдержит этой сладкой пытки и я умру от сердечного приступа, но Чейз умеет держать меня на грани жизни и смерти. Он не переходит черту. А я хватаюсь за его волосы, впиваясь ногтями, доходя до его мыслей.

Чейз довольно улыбаясь подтягивает мое тело к себе, я сажусь сверху, и он входит, наполняя меня собой. Покачиваюсь на нем, он придерживает меня чуть выше поясницы.

Выдыхаю в его губы, которые дразнят мои. Обвиваю руками его шею, а ногами спину Чейза. Мы сливаемся в объятиях, Чейз приподнимает меня на себе, задавая ритм.

— Ты лучшее в моей жизни, моя любимая Джесс, — я почти на том уровне, где облака соприкасаются с безграничным космосом.

— Я все еще жду тебя Чейз, — с моими словами, он опрокидывает меня на кровать спиной и снова занимает свое место внутри меня. Толчки становятся сильнее и чувствительнее, он знает, где находится, та самая точка внутри меня, от которой меня буквально разрывает на атомы и частицы звездной пыли.

— Я приду за тобой, где бы ты не находилась, всегда буду рядом, — мои мысли в его словах, сейчас меня подпитывают надеждой.

Мы оба на пределе и вот — вот произойдет взрыв.

Он накрывает все в радиусе этого странного, нереально — реального места моего заточения. Я сжимаюсь и эти внутренние спазмы оргазма, отдаются в тело Чейза. Ощущения не забыты и все передаётся в мой сон комы, без ошибок.

— Я люблю тебя детка, — Чейз встает и поправляя свои волосы, улыбаясь уходит в ванную комнату.

— Я люблю тебя Чейз! — слезы уже в обычном потоке падают в перину подушек, стекая по моим щекам.

Он изменил мне с Эйприл, он сделал ей ребенка, он ушел.

А я говорю, что люблю его.

Занимаюсь любовью с ним, в своем сне.

Гадко и обидно.

Но я хотела, хочу его.

Сердце хочет, то что хочет.

Любовь не вырвать быстро, даже если наделать кучу ошибок, она так легко не уходит.

Закрываю глаза и пытаюсь сосредоточиться на последнем разговоре с доктором Лэриком.

Джесси

Если тебе досталось от этой жизни, Если ты держишь в руках карты И боишься сделать ход, Я помогу тебе, я исцелю твоё сердце. (Umbrella — оригинал Rihanna feat. Jay-Z)

Мои мысли уносят меня в тот день, когда мы весь месяц, ходили вместе на индивидуальные занятия к доктору Лэрику. Мне казалось мы сможем преодолеть все кризисы и депрессию, психоз и агрессию, панические атаки в конце концов и всю туже ноющую, внутреннюю боль души.