— Сейди, смотри на меня, — я пытаюсь говорить спокойно, но уверенно. — Он в любом случае на нас на всех отыграется. Мы уже ему все испортили. Понимаешь? Но есть разница, выйдет он через десять лет или через двадцать. Или… или вовсе не выйдет.

Она и смотрит. Так долго, что мне становится неловко. Но я маскирую смущение улыбкой.

— Ты помнишь, почему я уехал в Калифорнию раньше срока? Помнишь, что сказала мне? Просто повтори это для присяжных.

Норт в этот момент оживает и переводит на меня нервный взгляд. Он понятия не имеет, о чем речь. Привыкший все контролировать засранец наверняка сейчас мысленно хлопается в обморок от понимания, что я веду собственную, непонятную ему игру.

Сейди хлюпает носом, накрывает мою руку своей второй ладошкой и вдруг переводит взгляд на адвоката Тифф — Купера.

— Можно поговорить с вами наедине?

О том, что собирается делать Сейди, не знает никто. И Норта это сильно тревожит. А меня тревожит то, что тревога Норта выражается в безостановочном курении. И вовсе не потому, что он гробит здоровье, просто я сегодня не курю. А чертовски хочется. Судят моего отца, а все, что с ним связано, вызывает у меня дикое желание чем-нибудь травануться, но… Шерил. Я запорол ей день рождения. Я даже подарок ей никакой не припас, а если бы припас, то тот все равно остался бы в ЛА. Все, что теперь могу, — не закурить. Будет мой ей подарок. Если удержусь. Ведь прав Докери: она это ненавидит.

Не уверен, от чего меня тошнит сильнее: от вида отца в наручниках или от его мерзкой улыбочки, адресованной мне, Тиффани, Норту… Его взгляд останавливается на Шерил, и брови вопросительно выгибаются. Заседание закрытое, поэтому посторонних нет, и, честно, вариантов, кем Звездочка и кому приходится, немного. Расплываясь в улыбке, отец одобрительно мне кивает, а я сжимаю зубы до скрипа. Только этого мне еще не хватало: чтобы он запомнил мою Звездочку. Я украдкой гляжу на Шер и обнаруживаю, что она смело и открыто рассматривает отца в ответ. Норту с Тиффани нереально повезло, что Сейди задерживается и ничего из этого не видит! От игры в гляделки отца отвлекает появление Джейдена с Надин, которые едва успевают забежать в двери до прихода его чести.

— Надеюсь, все в сборе? — спрашивает судья Аккенроуз. Кажется, Норт говорил, что еле нашел того из них, кто никак не связан с проделками нашего отца. — Тогда начнем заседание.

— Ваша честь, у нас появились подвижки в деле переговоров. Мистер Фейрстах согласен на сделку… — перехватывает инициативу адвокат отца — лысый и тощий мистер Клосс.

— Прошу прощения, ваша честь, что перебиваю своего коллегу, но сделка отменяется. В деле появились новые свидетели. — А вот Купер Тиффани выглядит, наоборот, солидным. И даже вполовину не таким скользким, что, если честно, всем нам было бы очень на руку!

Отец оборачивается и смотрит. Многообещающе. Не знаю, что с ним сделалось за время моего отсутствия, но то ледяное равнодушие, которое я раньше ненавидел, заменилось чем-то еще более темным и мерзким. Теперь по нему стало видно, что человек он не здоровый психически.

— Бросьте, — закатывает глаза Клосс. — Свидетели — не улики. У вас ничего нет.

— Ваша честь? — не обращает на него внимания Купер.

На мгновение у меня все внутри сжимается, потому что мне прекрасно известно, сколько судей было у отца на крючке. Если Норту действительно удалось найти непредвзятого, то это просто какое-то чудо. И сейчас момент истины.

— Мистер Купер, давайте послушаем вашего нового свидетеля, — благосклонно соглашается тот.

И я выдыхаю с облегчением.

Как я уже говорил, каждый раз, рассказывая свою историю, я представляю, что это было не со мной. Но сегодня абстрагироваться особенно сложно, потому что я делаю это прямо на глазах у девушки, перед которой не хочу выглядеть слабаком.

— Мистер Фейрстах, будьте добры рассказать, как вы познакомились с мисс Тиффани Фейрстах, до замужества бывшей мисс Тиффани Райт.

Я знал, что этот вопрос случится. Я знал, что он выставит меня законченным ублюдком, но… речь вообще не о моей репутации. Точнее была бы. Если бы не сидящая в зале Шерил. Мне безумно хочется, чтобы она встала и ушла. Но не попросишь же ее об этом прилюдно. Хотя я почти готов…

— Мы познакомились на студенческой вечеринке.

Тиффани невольно вжимает голову в плечи. Да уж! У Купера выразительно приподнимается бровь: это ты, значит, решил отделаться таким лаконичным ответом?

— Расскажите подробнее, — тем не менее говорит он невозмутимо.

И, собственно, он абсолютно прав. Потому что то, как именно мы познакомились, потянуло за собой целую вереницу событий.

— В качестве посвящения в местное сестринство Каппа был выбран секс с моим братом. С Нортоном. Однако мисс Райт посчитала, что со мной этот трюк проделать легче. Все равно никто не различит.

Говоря это, я стараюсь смотреть куда угодно, но только не на Шерил.

— И по какой же это причине?

— По той, что я не такая высокомерная задница, как брат. И если нет причин отказываться от секса, я от него не отказываюсь. Думаю, со мной многие согласятся.