Шрифт:
– Представляю, как ей поможет этот красавчик, – зло хихикнула Габриэлла.
– Ты не боишься, что сын услышит? Между прочим, они с Массимо встречаются, – напомнил он.
– Я сразу сказала, что ему надо выбросить из головы эту ненормальную!
– Не понимаю, почему ты ее так не любишь?! – с горечью спросил мужчина.
– Паоло, что это за женщина, которая гоняет в Формуле 1?!
– В итальянском Чемпионате GT, – снисходительно поправил Паоло, глядя вниз, на подъезд противоположного палаццо, к которому направлялась Мирьям в сопровождении мужчины. Паоло показалось, что спутник Мирьям был примерно его возраста, а не молодой парень. Что-то болезненно дрогнуло в груди Паоло.
– Какая разница, как ты это назовешь! – фыркнула Габриэлла. – Она гонщица! Это уму непостижимо! И, как видишь, такая же легко доступная, как ее мать! Зачем нашему Массимо нужна такая?!
– Как ты можешь судить?! Ты плохо знаешь Мирьям, а ее мать не знаешь вовсе! – Паоло начал закипать, несмотря на свой спокойный нрав.
– Я и не хочу знать мать, которая бросила своего ребенка! Почему вообще ты ее защищаешь?! – спросила Габриэлла с раздражением и пытливо воззрилась на своего мужа.
– Потому что она дочь моего старого друга, которая осталась одна! Мне жаль ее!
– А мне ни капли! Я не хочу, чтобы мой сын связывался с ней, тем более из жалости! – не сдавалась Габриэлла. Поскольку Мирьям со своим спутником уже скрылись в подъезде, и смотреть больше было не на что, Габриэлла, сверкая глазами, вернулась к плите.
– Что случилось, мама? – В гостиной появился высокий, хорошо сложенный парень с черными вьющимися волосами, темными глазами, по-спортивному одетый. Он скинул на пол рюкзак и направился к матери. Та одарила его нежным взглядом, моментально сменив гнев на радость.
– Мирьям пришла с каким-то мужчиной, – сообщила она многозначительно.
Массимо нахмурился и подошел к окну, а Паоло, бросив суровый взгляд на жену, покачал головой и сказал спокойно:
– Это, вероятно, родственник…
– Молодой и красивый… – тут же уточнила Габриэла с ядовитой ухмылкой.
– Будто родственники не могут быть молодыми и красивыми! – Паоло с досадой всплеснул рукой.
– Я пойду к ней! – воскликнул Массимо и бросился к двери. Паоло заметил, что лицо его исказилось. Подтверждением этому стал яростный хлопок дверью.
– Габри, ты просто… rompicoglioni 3 ! – процедил Паоло сквозь зубы, отгораживаясь от жены спортивной газетой.
– Я знаю, почему ты ее защищаешь, – заявила Габриэлла. – Мне всегда казалось, что ты питаешь к Мирьям особые чувства. Все детство ты с ней провозился, больше, чем с родным сыном! Наверное, ее мать-путана вскружила тебе голову!
– Что за ересь ты несешь?! – рассердился наконец Паоло.
Но Габриэлла, не удостоив его ответом, прошествовала мимо в коридор.
3
Rompicoglioni (it.) – заноза в заднице.
– Вот кто в самом деле ненормальная… – пробурчал он, утыкаясь в газету.
****
Мирьям и Анджело медленно поднимались в старинном просторном лифте на третий этаж. Анджело был поражен внутренним убранством подъезда: широкая лестница, мраморные перила, массивные двери… Будто самый настоящий дворец! В этом доме явно жила миланская элита, и Анджело мог только удивляться, как так случилось, что у отца Мирьям не остался внушительный счет в банке, который позволил бы его дочери спокойно окончить лицей, а заодно и университет? Но спрашивать об этом он не решался. Однако Мирьям оказалась чрезмерно проницательной и угадала его мысли.
– Размышляешь о том, почему я такая небогатая? – хмыкнула она грустно.
– Как ты догадалась? – Анджело даже смутился.
Мирьям неопределенно пожала плечами.
– У моего отца был бизнес, в который он много вкладывал и который всю жизнь приносил хороший доход, позволявший спонсировать мое увлечение гонками. Тебе ли не знать, насколько оно дорогое. Но недавно фирма обанкротилась…
– Mamma mia, надеюсь, он хотя бы не оставил тебе долгов?! – не на шутку встревожился Анджело.
– Нет, как видишь, он даже оставил мне немного средств.
– Это хорошо… – Анджело облегченно вздохнул.
Лифт как раз остановился, и они вышли в вестибюль. Мирьям отперла добротную дверь и пригласила входить. Секундой позже раздался звонок в домофон.
– Да? – ответила Мирьям.
– Чао, Мирьям! Открой мне! – послышался требовательный голос.
– Массимо, я сейчас не могу выйти, я занята, у меня гости.
– Уже гости?! Только потеряла отца – и уже пользуешься свободой?!