Монах лишь помахал вошедшему Психу рукой, продолжая гнусавить сутру. Зато председатель, тоже обнаружившийся в пивнушке, сразу принялся донимать Психа вопросами.

— Ну что, где Боря-то?

— В порядке ваш Боря. Вернее, наоборот — не в порядке. — Псих, обжигаясь, глотал горячий рис с овощами, сдобренный соевым соусом. — Сбежал, получил по щам, обиделся и заперся. Про жену он в курсе, и к вам уже вряд ли вернется.

Председатель немного подумал, потом покачал головой.

— Не, мужик, так дела не делаются. Мы люди простые, мы на земле работаем. И знаем, что если ты сорняк с корнем не выдернул — он опять вылезет. Так и Боря — стоит вам уйти, боюсь, он тут же у меня во дворе нарисуется и фиг его знает, чем это все кончится. Ты уж не бросай работу на полдороге, доделай, раз взялся.

Псих, набивший рот обжигающей кашей, лишь кивнул, не в силах говорить, и только прожевав, ответил:

— Ладно, справедливо говоришь. — нехотя признал он. — Но пожрать-то хотя бы дай? Я полдня с твоим Боренькой махался, а теперь мне еще несколько часов его дверь выносить. Он ее, знаешь ли, не из говна и палок собрал, я вспотею там ее ковырять.

— Это да, это он завсегда так делал. — признал тесть. — На совесть все ладил. Ладно, не буду тогда над душой стоять, кушай. Но потом реши вопрос. Так, чтобы окончательно.

И отсел за стол к каким-то своим деревенским приятелям.

«Вот кулачина…» — неприязненно подумал Псих и продолжил жрать.

Но поесть в одиночестве не удалось — за стол плюхнулся Четвертый, как раз закончивший с одним клиентом и взявший паузу перед следующим.

— Видел, сколько народу ко мне набежало? — спросил монах. — И это еще не все. Думаю, на недели две-три нам теперь жратвы хватит. А у тебя как?

Псих пожал плечами.

— Нормально. Заказ уже практически выполнен, там немного доделать осталось. Сейчас, поем и закрою контракт. Станем мы с тобой богаче на сороковник.

— Да… — протянул Четвертый. — Слушай, а сороковник это же много?

— Да как тебе сказать? — пожал плечами Псих. — Были у меня суммы и побольше. Это ты, нищеброд, ничего слаще морковки не грыз. Но в целом — да. Какое-то время нищенствовать не будем.

— Слушай, я вот что думаю — предложил Четвертый. — Мне сейчас клиент про свою конюшню четверть часа рассказывал. Хорошую скидку обещал. Может, мы тебе с этих денег лошадь купим? И двигаться быстрее будем, и вообще — ты же вроде любишь лошадей?

Псих даже жевать перестал.

Потом громко, на всю пивнушку, скрипнул зубами, а глаза у него налились кровью.

— Никогда! — в его голосе звучала сталь. Да не простая, а легированная. — Никогда не говори со мной про лошадей. Ты меня понял? Никогда.

— Да, конечно! Что ты? — Четвертый даже немного испугался и поспешно слился. — Ладно, ты кушай, я пойду. Меня там люди ждут.

Псих тяжело посмотрел ему вслед и снова принялся за еду. Настроение было безнадежно испорчено.

Жрал он долго. Потом попросил добавки. Потом — чайку. Потом еще раз — чайку.

И лишь на третьем стакане Псих признался себе, что нарочно затягивает «перерыв на обед». Ему не нравилось дело, на которое он подписался, ему не нравился заказчик, а подавшийся в примаки толстый Боря, наоборот, вызывал необъяснимую симпатию.

Но Псих всю жизнь жил по принципу, что хотелки — хотелками, а дело есть дело. В этой сраной жизни вообще довольно редко удается делать то, что хочется, а не то, что надо.

Поэтому он решительно допил чай и вышел из пивнушки — Псих не любил навешивать порталы в людных местах.

Где-то в Архаринском секторе

Амурской локации

49°24' с. ш. 130°93' в. д.

Спрыгнув на скальный карниз, Псих первым делом проверил маячок. Слава богу, свин в побег не ушел, а по-прежнему прятался в пещере.

«Ну вот и хорошо. — решил Псих. — Быстрее закончу».

И принялся размеренно выносить дверь.

Когда дело было сделано примерно на три четверти, изнутри раздался голос:

— Не доламывай. Я сам выйду.

— Ну так выходи. — остановил замах Псих.

И действительно, дверь в пещеру открылась изнутри, и наружу вышел грустный свин с граблями.

— И чего вдруг такая любезность? — не мог не поинтересоваться Псих.

— Да что-то работу свою жалко стало. Пусть стоит. Может, пригодится кому. — пояснил свин и поинтересовался. — Тебя, я так понимаю, Танькин папаша погнал работу доделывать?

Псих молча кивнул.

Свин понимающе покивал, и вдруг спросил: