Два дома, построенные на расстоянии сотни ярдов друг от друга примерно в тысяче ярдов к юго-востоку от Западной бухты, места стоянки «Дианы», прилепленные к живописному каменистому склону холма, получились очень симпатичными. Их пришлось поднять над неровной поверхностью подножия холма на сваях из стволов эвкалипта яррах, имеющих в диаметре десять-двенадцать дюймов. Над постройкой трудились все присутствующие на Острове мужчины, включая команду «Дианы». Кроме Питера, который распоряжался техникой и материалами, а в промежутках продолжал изучать Остров. Засим три с половиной месяца пролетели как один день. Еще месяц на завершение отделочных работ, и – можно праздновать новоселье.

В связи с этим Питер назначил через три недели отплытие «Дианы» на материк, оставляя на Сенте двух филиппинцев-мужчин, далее женщины должны были лететь за дочерьми и на обратном пути в Джакарте соединиться с Командой. Если, конечно, альпинисты не передумали.

Альпинисты не передумали. Старая команда «Дианы» получила расчет; она рассталась с Питером равно без обид и без сожалений. До прилета из Джакарты новых островитян оставалось три дня; об этом Питер точно знал, так как созвонился с ними из Перта. Это время он тратил на последние приготовления.

С Командой они встретились на «Диане» как старые добрые друзья, знавшие друг друга много лет. Перемену в их душевном состоянии нельзя было не заметить: куда девались их подавленность и тоска в глазах, которую видел Питер всего несколько месяцев назад? Похоже, женщины сделали Сенту неплохую рекламу, пока добирались до Перта вместе с Командой.

После приветствий, рукопожатий и других выражений радости встречи с каждым из семерых членов Команды внимание Питера привлекло маленькое симпатичное существо в голубом платьице, с темными волосами, синим бантом и огромными синими же глазами на очаровательном смуглом личике, появившееся на палубе в сопровождении Синтии. Существо подошло к Питеру и сказало:

– Меня зовут Джулия. А ты – Питер? Мне мама-Синтия рассказывала про тебя. Хочешь, я покажу тебе камешки, которые папа-Сэм достал мне из океана? Пойдем!

Если бутылку с газированным напитком открывать слишком быстро, имеется большая вероятность, что значительная часть содержимого будет безвозвратно потеряна в виде пены. Так и высвобождающейся теперь энергии Команды, долгое время находившейся в угнетенном состоянии, необходима была какая-то пробка. Они могли свернуть горы; у них поминутно рождались идеи, как и что можно и нужно сделать на Острове, чтобы он стал еще лучше, чем сейчас. Питер уже немного пожалел, что предложил Команде подумать на тему обустройства Сента. От их идей у него уже через неделю начала раскалываться голова; но Серж вовремя взял роль пробки на себя. Он и Питеру предложил сначала самому составить программу «неотложных мер», а потом уже привлекать к этому делу других.

Работы, необходимость которых была очевидна и без программы, уже велись полным ходом. Дом Игрек приводился в полностью жилое состояние. При этом Питер предложил отвести большую часть одного этажа жилого крыла под что-нибудь типа казино или бара…

– Пусть это будет лучше клуб. Например, «Клуб одиноких сердец под управлением капитана Сержа» [7] , а? – выдвинул идею Константин.

– Жалкий плагиат, – ухмыльнулся Володя-большой.

Остальные с ним не согласились.

– Молодец, Костик! – похвалил Андрей. – Только лучше не «под Управлением», а «под Председательством»…

– Или «под Предводительством»? – добавил Вадим. – А ты такой большой, а не понимаешь! – Он повернулся к Володе-большому. – Плагиат – это когда присваивается авторство. А мы разве на него претендуем? Так что в нашем случае это просто подражательство.

Разрабатывались участки под плантации риса, маниоки и батата – на первое время. Посажены были уже апельсиновые деревья и кокосовые пальмы. С каждым рейсом «Дианы» на материк, которые все меньше походили на учебно-тренировочные, доставлялась какая-нибудь новая техника. На эти цели Питер решил отпустить пока десять процентов основного капитала.

Имелось и еще одно большое невозделанное поле для приложения творческих сил и фантазий всех желающих, а в первую очередь тех, в ком силен был природный дух естествоиспытательства. Территория Острова, которая вовсе не была плоской и скучной, как стол, а состояла из многочисленных живописных и разнообразных по своим географическим формам уголков, нуждалась в детальном поименовании. Это занятие особенно пришлось по душе Константину, Никите и Андрею, а также малышке Джулии, которой через месяц должно было исполниться четыре года. За неделю они снабдили карту Сента, наверное, несколькими сотнями названий, чем поставили в тупик и Питера, и всех остальных. В конце концов общим голосованием решили, что хорошо лишь то, что в меру, и утвердили названия наиболее крупных географических объектов, которых набралось около двух десятков. Вклад Джулии и в количественном, и в качественном отношении оказался далеко не последним; в частности, именно она была «открывателем» полуострова Суа, залива Лут и долины Больших Надежд. В этой долине были высажены апельсиновые деревья, а большие надежды Джулия связывала, конечно же, с их урожаем. Теперь словосочетание «туа-суа», означавшее «ты – дракон!», стало самым страшным ругательством Острова.

За всеми этими занятиями прошло почти два года с того момента, как Питер поселился здесь. Время летело совсем незаметно. Оглядываясь назад, он иногда удивлялся: как, оказывается, много уже сделано. Но до того состояния, в котором Питер хотел бы видеть Сент, было еще так далеко!

У него сложились уже определенные отношения со всеми, кто жил вместе с ним. Теперь, без сомнения, с Командой его связывала, как принято говорить, настоящая мужская дружба. На палубе «Дианы» они называли его адмиралом, на суше – шефом; они признавали его выше Сержа, когда дело касалось общих для всех проблем. Но в вопросах, касающихся внутренних отношений в Команде, слово капитана Сержа, конечно, было самым веским. И это было и логично, и правильно.