Мэлори опустила взгляд:

– Сегодня я намерена целый день работать со сценарием.

– Нет. – Улыбка исчезла с лица Сэбина, уступив место железной непоколебимости. – Я не позволю тебе доводить себя до истощения. Вы с Кери можете работать со сценарием не более двух часов. Остальное время принадлежит мне. – Он обернулся к Кери:

– Как только увидишь, что она устала, тут же заканчивайте. Отвечаешь головой.

С этими словами Сэбин повернулся и вышел из комнаты.

– Какой эффектный выход! – Кери скорчил рожу. – Он делает из вас ребенка, а из меня – надзирателя вместо товарища по играм. Да, искусство дипломатии никогда не входило в число сильных сторон Сэбина.

Мэлори принялась за арбуз:

– Вы давно знакомы?

– Тринадцать лет. Мы вместе учились в Гарварде, а сразу же после того, как умер отец Сэбина и он стал владельцем «Уайт энтерпрайзез», я начал у него работать. – Кери поднес к губам чашечку с кофе. – На самом деле он не так крут, как хочет казаться. Жизнь его не баловала, Мэлори.

– О да, жизнь миллиардера тяжела и полна лишений.

– Я не шучу. – Лицо Кери сохраняло серьезное выражение. – Его отец принадлежал к породе магнатов, которые только требуют и ничего не дают. С тех пор как Сэбину исполнилось четырнадцать, он работал на «Уайт энтерпрайзез» день и ночь и при этом еще как-то умудрялся учиться в школе.

Мэлори с сомнением покачала головой:

– Бен говорил, что его отец был очень добросердечным человеком.

– Может быть, по отношению к нему, но не к Сэбину. Сэбин был его родным сыном, и таким образом старик пытался как-то выровнять баланс. – Кери встретился взглядом с Мэлори. – В итоге он его так «выровнял», что обычному человеку там делать было нечего. Сэбин – настоящий гигант. Не только в смысле роста, конечно. А у больших людей всегда одна и та же проблема: они требуют от других больше, чем те могут дать.

– Это относится и к Бену?

– Нет, – покачал головой Кери. – От Бена он хотел только честности.

«А Бен обманул его. Точно так же, как и меня», – с болью подумала Мэлори.

– Значит, от вас он требует еще большего?

– Вы чертовски правы. Он гоняет меня до седьмого пота, – невесело усмехнулся Кери. – Но потом выплачивает премию в размере годового оклада и предоставляет отпуск в каком-нибудь райском уголке, недоступном для нуворишей. – Улыбка на лице Кери потухла. – А у самого Сэбина отпусков не бывает.

– Зачем вы рассказываете мне все это?

– Потому что сам Сэбин об этом никогда не скажет. – Собеседник Мэлори помолчал. – Я думаю, ему с вами будет хорошо, а говорю все это еще и потому, что понять человека бывает проще, когда знаешь, как он мыслит.

– То же самое сказала Сэбину и я, – невольно улыбнулась Мэлори.

Кери тоже ответил ей теплой улыбкой:

– Я не сомневался в том, что мы с вами мыслим одинаково. Это ведь просто: мы работаем, получаем удовольствие от жизни и окружающих нас людей. Мы взбираемся наверх шаг за шагом и не пытаемся преодолеть пропасть одним прыжком.

– Верно, – кивнула Мэлори, – и очень раздражает, когда некая властная личность встает на пути.

– Ну все, я умолкаю. – Кери подался вперед и, взяв кофейник, налил в чашку Мэлори кофе. – Вы, я вижу, умеете постоять за себя.

– Я была бы сумасшедшей, если бы не научилась этому, – сухо ответила женщина, беря чашку и поднося ее к губам. – Возможно, вы видите во мне некое лекарство для вашего босса, свихнувшегося на почве работы, но, уверяю вас, у меня достаточно и собственных проблем.

– Несомненно. – Кери помялся и продолжал:

– Рассказывал ли вам Сэбин о том, что он нанял команду частных детективов, которые провели самостоятельное расследование обстоятельств гибели Бена?

– Нет.

– Они раскопали кое-какую информацию, которая помогла снять с вас подозрения, однако для этого им понадобилось некоторое время держать вас под постоянным наблюдением.

– Какое счастье! – усталым голосом проговорила Мэлори. – Только этого не хватало! Значит, за мной шпионили не только полицейские, но еще и целая орава частных шпиков.

– Контракт, который Сэбин подписал с Рэндольфом, истек два дня назад, однако напоследок он прислал мне еще один отчет, который я только что передал Сэбину.

Заинтригованная, Мэлори впилась глазами в лицо собеседника.

– В нем сообщается, что через день после того, как вы покинули Нью-Йорк, неизвестные взломали вашу квартиру и перерыли в ней все сверху донизу.

Пальцы Мэлори судорожно впились в ручку кофейной чашки из тончайшего фарфора.

– Ограбление?

– Непохоже. Ничего не взяли. В разговоре с людьми Рэндольфа ваша домовладелица назвала это просто актом вандализма. Перебили зеркала, вспороли подушки, порвали фотографии. Она полагает, что это проделки каких-то местных хулиганов.