– Ой нет, я тоже пас, сказала Надька, пойду со Степкой на секцию запишусь по карате. Кто со мной.

– Надь, ну зачем тебе это нужно? – спросила Женька.

– Жень, ну вот представь, нападут на тебя хулиганы, а ты и защитить то себя не сумеешь, – сказала Надька, выходя из комнаты.

– Жень, ну хоть ты то меня выслушай, – посмотрела на нее Юлька умоляющим взглядом, – Оказывается Кучино было расположено в четырех сотнях метров от дачи массона Андрея Белого и соединяло шахтой его дачу с нашим Кучино. Вот представь эту шахту. Наверняка там кто-то, что-то зарыл. Эту шахту нужно отыскать.

– Знаешь, Юль, не знаю как шахту, а прогуляться по древней лестнице старинной усадьбы не помешало бы. Может погуляем?

– А пошли.

И подруги вышли прогуляться.

Девушки прошлись до реки Пехорки, которая отделяла сам населенный пункт Кучино от учебных корпусов техникума, к которому вела дорога в гору. Техникум и земли, принадлежащие ему были огорожены сплошным забором.

Девушки стояли на мосту через реку Пехорка. В лучах заходящего солнца, на возвышенности, величественно расположилось современное здание техникума. Со стороны реки был хорошо виден остов разрушенной белой лестницы и остатки бывшего фонтана. Через голые деревья с остатками яркой осенней листвы эта лестница хорошо просматривалась.

– Даже не верится, – сказала Женька, – что несколько тысяч лет назад здесь когда-то жили люди. У них была своя жизнь, свои мечты и совсем другой уклад. Мне кажется, если бы я могла выбирать между этим временем и прошлым, я бы выбрала те времена, когда дамы затягивались в корсеты, а мужчины носили камзолы.

– А я бы, наверняка, выбрала это время, сказала Юлька. – В те времена женщины очень сильно зависели от мужчин. Это не по мне. Я самостоятельная девушка.

– Зато как здорово, когда тебе дарят цветы и слагают поэмы. В наше время такое отношение к женщине уже не модно.

– А вот мы сейчас с тобой это и проверим. Вон Вовчик идет. Мы у него и спросим.

К мосту со стороны Кучина шел Вовка. Он явно знал себе цену и видел, что девчонки обратили на него внимание и ждут, когда он подойдет.

– Ну что, лапочки мои, куда идем, кого ждем? – спросил он, подойдя к ним.

– Вот скажи нам Вовка, есть ли любовь на белом свете? – спросила Юлька

– Конечно есть, ответил он, не задумываясь.– Я, Юлька как тебя увидел, так сразу в тебя и влюбился.

Между ними пробежала самая настоящая искра и Женька это почувствовала.

– Ну ладно, Юль, погуляли и хватит, – сказала она. – Я пошла домой.

– Иди, Жень, а мы еще пройдемся. Правда Вовка?

– Конечно милая, пойдем погуляем.

И они обнявшись пошли к техникуму, а Женька отправилась в общежитие.

– Слава богу сказала она сама себе. Наконец-то я одна и могу почитать. И никто мне мешать не будет.

Проходя мимо красной комнаты, расположенной на их этаже, Женька услышала чей-то плач. Красная комната располагалась на каждом этаже и использовалась для массовых мероприятий. Как-то в середине сентября их группа устроила здесь сабантуй. Этот вечер немного сплотил всех девчонок метеорологов.

В красной комнате стоял телевизор, один на весь этаж и холодильник, тоже один для всех. Туда однокурсницы складывали скоропортящиеся продукты. В основном там ничего не лежало, потому, что все что заводилось у девчонок из съестного, сразу съедалось.

Женька заглянула в красную комнату, но там было темно.

– Здесь есть кто? – прошептала Женька.

– Есть, – ответили ей заплаканным голосом.

Женька включила свет и увидела Томочку, девочку, приехавшую из солнечной Грузии, и учащуюся в их группе.

Томочка сидела на полу в самом дальнем углу красной комнаты и пыталась сдержать слезы.

– Почему ты плачешь, Тамара? – спросила Женька, усаживаясь на пол рядом с ней.

– Грустно.

–Томочка, мне тоже бывает грустно, но от этого я не плачу. Давай рассказывай.

И Томочка начала свой рассказ.

Тамара

Тома родилась в Грузии в городе Гардабани в многодетной семье. Она была третьей дочерью в семье. Самым старшим был ее брат Давид.

В их стране все еще встречаются достаточно жесткие традиции в отношении женщинам. Они зависимы от мужчин, не могут одеть купальник и купаться в водоеме, джинсы в их стране также запрещены. У женихов до сих пор существует обычай воровать девушек, даже если она этого не хочет.

Парень, выбирая себе жену может украсть ее и держать у себя дома до самой свадьбы. Если женщина дает согласие, играется свадьба и рождается новая семья. Если девушка против замужества, то ее отпускают домой, но с этого момента она считается порченой и ее больше никто никогда замуж не возьмет. Поэтому разводы в грузинских семьях не приветствуются.