Мне надо его соблазнить, а я, наоборот, нервничаю. 

Я долго читаю меню и поджимаю губы. Часто дышу. Я реально сама себя довожу до такого состояния, когда очень волнуюсь. Когда произошло что-то очень страшное, и мне нужна помощь. Наконец, не выдерживаю его взгляда и склоняюсь над меню, прикрывая глаза. Шумно выдыхаю. 

– Лера, - Я начинаю чаще дышать, будто сейчас разревусь. - Лер, что случилось?
– По ходу, и соблазнение не понадобится. План меняется молниеносно на кардинально противоположный. Я буду его не соблазнять, а вызывать жалость. Но еще рано. Мне надо довести его тоже до нервного состояния. Я качаю головой из стороны в сторону, транслируя, что не могу ему ничего рассказать.
– Ты пару часов назад звонила и все было зашибись, теперь-то что?

– Я не могу, - шепчу и поджимаю губы. Он тоже кремень: спрашивает, но не подходит. Я тяжело выдыхаю и, наконец, убираю руку от лица. Смотрю куда угодно, только не на него. Не в эти глаза. Я уже сама верю, что что-то произошло.
– Сейчас, дай мне минуту. Я успокоюсь и мы позовем администратора. 

– Посмотри на меня. 

Я часто дышу, чтобы придать себе еще больше волнения, и боязливо поднимаю на него глаза, повторяя про себя, что произошло такое, о чем ему лучше не знать. Он медленно и долго сканирует меня. Но я не сдаюсь. Он должен поверить. 

– Ты можешь рассказать мне. 

– Ты все равно не будешь решать мои проблемы. Поэтому, это ни к чему. 

Я снова поджимаю губы, будто я еще сдерживаю слезы и прячу глаза в ладонях. Вспоминаю своего пса Мамонта и его трагическую смерть под колесами автомобиля и начинаю плакать. 

Стул рядом отодвигается и я попадаю в облако его аромата. Мысли перепутываются и я боюсь налажать. Тяжёлая ладонь опускается на плечо и мягко гладит. Я уже могу это остановить, но продолжаю пускать слезы. Мне приятно, когда он вот так рядом поддерживает. 

Убирает руки от лица и, развернув к себе, вытирает большим пальцем влажные дорожки. 

И мы замираем. Смотрим в этот момент друг на друга, останавливая хаотичное движение официантов и звон столовых приборов на заднем фоне.

– Что случилось?
– негромко спрашивает, чтобы посторонние не вторглись в нашу интимную зону. 

Я прикрываю глаза и выдыхаю. Мне стыдно, но он сам вынудил меня сделать это. Голова опускается вниз, а подбородок уходит немного в сторону. Если он не дурак, то сам догадается, что значит этот жест. Усмехаюсь и не поднимая головы, открываю глаза и ищу его взгляд. 

Моя кожа на лице больше не чувствует тепло его пальцев. Зато я вижу, как он приоткрывает губы и кривит рот в улыбке, усмехаясь самому себе. Нам даже слов не надо,чтобы понять,что я выиграла сейчас. 

– Не делай так больше, - просит он и возвращается на свое место. 

– Ты сам вынудил меня, разве нет? 

Я складываю руки на груди и расслабленно откидываюсь на спинку стула. В замешательстве рассматривает меня, но потом довольно улыбается. Когда принимает тот факт, что я сейчас сделала его. 

Не разочаровала. 

– По правде, до последнего сомневался, но когда заплакала, то поверил. А ты, оказывается, и так умеешь.

Я развожу перед ним руки ладонями вверх. Сейчас мне нечего скрывать. И он это знает. 

Мы заказали несколько разных блюд, вкус которых решили оценить и составить меню. Она была чертовски убедительна и я действительно поверил в ее слёзы. Хотя до этого она явно врала. И своим видом соблазнительным сбила мою логику.

Она просит пару минут, чтобы ответить своему Ван Гогу, а меня не отпускает вопрос, действительно ли она его любит. Потому что то, что видел я, было искусственным. 

– Если бы у тебя были два одинаковых мужчины. Вот полностью идентичны. Ты бы выбрала китайца или русского?

– Русского, конечно, если идентичны.
– Она так аппетитно несет кусок салата на вилке себе в рот, что даже мне хочется быть одним зубцом этой вилки. Чтобы она вот так же обхватила меня губами и облизала.

– Хочешь сказать, что в России не нашлось ни одного, кто бы удовлетворял твоим требованиям?

– За всю Россию сказать не могу, но в моем окружении - нет. 

– Вы вроде бы и пара, но в вас нет такой связи эмоциональной, как у Алисы и Марка даже. Вы вроде бы вместе, а вроде и нет. 

– Миш, если мне понадобится консультация психолога, то я обращусь к тебе. Сейчас лезть и копаться у меня в голове не надо. Ты все равно ничего не поймешь. 

Что стоило сказать, что я ошибаюсь и она его любит? Только то, что эти отношения блеф. Как я и предполагал.

– Понял. Чем будешь на выходных заниматься?

– Не знаю еще. Может в клуб какой-нибудь схожу. А что?

– Давай сходим в казино.
– Это было неожиданно, поэтому реснички, кажется, даже дотронулись до век, так широко она распахнула глаза.