– Миш, можно тебя еще раз поцеловать? Ты такой классный. 

– Нельзя, садись.
– Воспользоваться бы сейчас ею, да слишком я трезвый, чтобы так поступить. Помогаю ей сесть, еще и пристегивая.
– Поедем ко мне. Я твою тушку развозить по центру Москвы не собираюсь.

– Как скажешь, мой герой. 

 Усмехаюсь. И трогаюсь. 

В квартиру я ее уже заношу, потому что она преспокойно засыпает в машине. Но не доставить себе удовольствие на этот раз не могу. Несу в свою комнату и, откинув ногой одеяло, укладываю на простынь. В полутьме я расстегиваю пуговицу на ее шортах и тяну их вниз вместе с трусиками. Ляяяя. Подхватываю за низ топ и аккуратно тяну вверх. Сложнее всего что-то стягивать с расслабленных рук. Хорошо, что бретелька только одна. На ней бюстгальтер без лямочек и с застежкой спереди. Я выдыхаю, что хоть тут мне подфартило. 

Я аккуратно беру в руки пластиковые защелки и расцепляю их. 

Они разлетаясь в разные стороны, открывая вид на ее эвересты. 

Один Бог знает, каких усилий мне сейчас стоит, чтобы не сделать с ней что-то. И ведь она будет только “за”. Но я же не подонок, в конце-концов. Не я герой ее романа. Не мне и обладать принцессой. Укрываю одеялом и выхожу. Я еще вернусь, детка. 

Отслеживаю в приложении, когда Алиса доедет до дома в Одинцово. Как только такси подъезжает, я звоню ей и жду, когда она выйдет и доберется до квартиры. Когда она это подтверждает, я расслабляюсь и отправляю Марку сообщение, что все в порядке. 

Выпиваю стакан прохладный воды, чтобы остыть и, приняв душ, направляюсь к себе в спальню. У меня есть дикое желание подшутить над ней следующим утром. Отомстить за этот торт и пренебрежительное отношение. 

Я раздеваюсь полностью, хотя в последний момент оставляю на себе труселя и ложусь к ней в кровать, накрывшись одним одеялом. Пусть теперь утром вспоминает, что она творила и почему ее трусики висят на углу телевизора. 

Я сладко потягиваюсь и зеваю. В голове моей как будто опилки. Винни-Пух ведь точно не просто медом баловался… Надо будет выпить пару таблеток аспирина. 

Делаю носом глубокий вдох через подушку, в которую утыкаюсь, лежа на животе, и понимаю, что подушка пахнет мужской туалетной водой. И я знаю этот запах. И это не Ванин. Я замираю и тут же в дело включаются остальные органы чувств. Рядом с собой я слышу еще чье-то равномерное дыхание, а кожей осязаю, что вокруг меня мягкое хлопковое постельное белье и ничего из одежды. 

Я, не шевелясь, как разведчик, приоткрываю глаза и вижу рядом спящего Мишу. Его грудь равномерно поднимается и опускается. Это все, что я вижу до края одеяла. А что у мужчин бывает с утра, я и так представляю. 

Мысли, как в мясорубке, начинают откручиваться назад, поднимая ворох событий. 

Он приехал разобраться с теми мужиками, забрал нас с Алисой, Алису на такси домой. Меня сам. Получается, мы поехали к нему? Почему не ко мне? Помню, как приставала к нему и просила поцеловать еще раз. Лять. А дальше ничего не помню. Видимо, он все-таки меня поцеловал, раз на мне сейчас нет одежды. 

Неужели я бы не запомнила, если б что-то было? Или он даже меня не будил?! Пора завязывать с этими загрузочными днями. А сегодня еще свадьба. 

Кажется, я даже тихо постанываю, потому что чувствую проминание матраса справа, и зажмуриваюсь, делая вид, что сплю. Я отправила Ваню, а сама уже два раза ночевала в постели с посторонним мужчиной. Изменить осознанно, когда ты понимаешь, зачем это, и хотя бы получаешь от этого кайф - это одно, но изменить просто так, что даже не знаешь, зачем тебе это надо, и не помнишь ничего из этого, - это ужасно. Я подтягиваю одеяло повыше к шее и смотрю украдкой на Мишу. Он хорош, зараза, но какого черта он так сделал. Воспользовался грязно ситуацией и почему-то я ничего не помню. Я прислушиваюсь к ощущениям в себе. О проведенной с кем-то ночи нет и следа. Или он так плох, или я была очень пьяна. Скорее, конечно, второе. Если он так целуется, то вряд ли в постели он лузер. И вряд ли его комбинации положения тел ограничиваются только двумя. 

Это же надо было так лопухнуться. А что теперь с Ваней и папой делать. Врать? Соврать-то легко. Как жить с этим потом. Как в глаза ему смотреть. С Мишей проще - уехала и все. Вряд ли он будет искать меня в Китае, чтобы напомнить о совершенном грехе.

Бред какой-то. Я переворачиваюсь на спину и вздыхаю. И только сейчас замечаю свои трусики на углу телевизора, висящего на стене. Осматриваю дальше его комнату. Мои вещи тоже сложены аккуратно на комоде, как и его. Только трусиками я видно решила продемонстрировать стриптиз, а остальное раздевание происходило исключительно в спокойной обстановке. Если бы я снимала с него одежду, то у него точно не было бы времени сложить все так аккуратно. 

Облегченно выдыхаю и понимаю, почему он так сделал. Хотел немного внести диссонанс в мой образ жизни и на эти пятнадцать минут, пока я сомневалась,колесо жизни крутанулась перед глазами несколько раз, пытаясь выстроить новые варианты.

Я переворачиваюсь на бок и решаю сделать свой ход, раз уж он начал эту игру. Он теперь неделю будет ходить и неваляшку свою пытаться уложить. 

Придвигаясь к нему и закидываю ногу на бедро. Рукой скольжу по груди, но стараюсь не думать о его теле. В голове у меня сейчас только одна мысль - соблазнить и бросить. Один раз уже хотела это провернуть, теперь обману его еще раз. Приближаюсь вплотную, чтобы касаться грудью его бока.