Ответ и вправду где-то внутри — и Баралис вытащил его раздражающе близко к свету.

Пока Джек бродил по пустым коридорам, у него было вдоволь времени для раздумий. Размышляя о своих приключениях, он понял, что ничего не желал бы изменить в этой цепи событий. Если бы он не сжег хлеб, то не ушел бы из замка и не встретился бы с Фальком и с Мелли. Фальк наделил его великим даром понимания, научил смотреть на все под разным углом и заронил в голову мысли, изменившие все мировоззрение Джека.

А образ Мелли, гордой и прекрасной, пленил Джека. Он знавал многих девушек и сорвал немало поцелуев, но никто еще не завораживал его и не ввергал одновременно в полную растерянность так, как она. Джек даже радовался, что попал в руки наемников: Мелли умерла бы без его ухода.

А теперь он должен ее освободить. Джек перечитал много книг из библиотеки Баралиса, где герои спасали прекрасных девиц. Раз они могли, сможет и он. Пусть он не умеет владеть мечом, но он стал сильным, таская мешки с зерном, а уворачиваясь от тумаков Фраллита, приобрел ловкость.

Он понимал, что лучше затаиться на пару дней, прежде чем возвращаться в убежище Баралиса. Сейчас наемники наверняка начеку и жаждут мести. Чем дольше он будет выжидать, тем больше шансов захватить их врасплох. Джек прекрасно знал: Мелли он освободит, только обманув бдительность стражников — в бой с ними вступать он не намерен. Пекарям приходится мыслить более трезво, нежели героям.

Главное для него теперь — раздобыть воды и пищи, а значит, надо искать путь в жилые помещения замка.

Многие ходы в подземелье, как ни странно, упирались в глухие стены. Чего ради было строить их таким образом? Джеку вспомнился разговор наемников о Баралисе, открывавшем стены с помощью рук, и он попытался обнаружить какой-то механизм в одном из тупиков. Быть может, Мелли держат как раз за такой преградой? Но из этого ничего не вышло, и Джек сдался. Зачем тратить время на поиски тайных ходов, когда есть множество открытых?

В самом деле, через некоторое время он набрел на узкую лестницу с деревянной дверцей наверху. С гулко забившимся сердцем Джек повернул ручку и приоткрыл дверь. Он ничего не увидел — дверь загораживал какой-то громоздкий предмет, странно знакомый ему. Джек поднес факел поближе и различил перед собой громадный медный чан. Дверь из подземелья вела в пивной погреб.

Джек решил оставить факел в туннеле, чтобы не привлекать к себе излишнего внимания, — он быстро вернулся назад и вставил факел в кольцо на стене. Потом прокрался мимо медного чана, стараясь держаться в тени. В погребе, похоже, никого не было. Сейчас, наверное, уже вечер, а может, и ночь.

Запах дрожжей и хмеля напоминал Джеку счастливые годы детства, когда он таскал эль замковым стражникам, сам частенько прикладываясь к кувшину. Теперь это казалось ему таким далеким — Джек знал в глубине души, что больше ему не бывать ни учеником пекаря, ни мальчиком на побегушках.

Из погреба он поднялся на кухню, погруженную во мрак — лишь где-то горела одинокая свеча. Джек знал, что должен быть начеку. Даже в поздний час на кухне могут быть люди: судомойки скребут котлы и тушат огонь в печах, а пьяные стражники бродят в поисках съестного.

Из кладовой донесся чей-то шепот, и Джек с удивлением увидел, что дверь в нее, обычно запертая, стоит открытой. Внутри на полу лежали мужчина и девица — он со спущенными до колен штанами, она с задранными юбками. Мужчину Джек сразу узнал и хотел удалиться, но тот вскричал: «Кто там?» — и Джек замер на месте, надеясь, что в темноте его не разглядят. Мужчина натянул штаны, а женщина оправила юбки.

— Там точно кто-то есть, — заявил, выходя, потревоженный любовник.

Джек, набравшись духу, выступил на свет.

— Это я, Джек, мастер Фраллит.

— Ты, парень? Что ты тут делаешь? Я думал, ты сбежал, — удивился запыхавшийся и красный мастер Фраллит.

— Я и правда сбежал. Но это долгая история.

— Погоди-ка чуток. — Мастер махнул девушке, чтобы она уходила — он не хотел, чтобы она слышала их разговор. — Могу я верить, Джек, что ты никому не скажешь о том, что сейчас видел?

— О том же я попрошу и вас, мастер Фраллит.

Оба согласно кивнули.

— Могу я помочь тебе чем-нибудь? — Мастеру не терпелось убраться отсюда.

— Пожалуй, нет, мастер Фраллит. — Тот вздохнул с нескрываемым облегчением. — Вот только... можно мне взять из кладовой немного провизии?

— Бери, парень, только быстро. И жареную оленину не трогай. Наш востроглазый кухарь мигом заметит, если она пропадет.

Джек быстро завязал в узелок сыр, пирог и прочее, что попалось под руку.

— Скорее, парень, — подгонял пекарь. Джек, набрав достаточно еды, вышел, и Фраллит неодобрительно покосился на его объемистый узел. — Теперь убирайся, — сказал мастер, запирая кладовую. Джек поблагодарил его и устремился обратно в погреб, прихватив еще свечей и кувшин с водой.