Мейбор, не оборачиваясь к сыну, смотрел во мрак перед собой.

— Кедрак, я не хочу говорить о том, что произошло между той женщиной и мною. Скажу только одно: у меня есть веская причина полагать, что Меллиандру похитили люди Баралиса, и, если она еще жива, ее скорее всего держат где-то неподалеку от замка.

— Но что сказала вам та женщина, отец? Если дело касается моей сестры, я должен это знать.

— Оставь меня, Кедрак! — произнес Мейбор так, что сын тут же ушел.

Мейбора окружала тьма. Холодный ветер свистел между деревьями, и на небе не было луны. Мейбор стоял и думал о своей дочери, о том, как любит ее. Да, он принуждал ее к браку, но даже не помышлял причинить ей зло. Каково ему было услышать из уст этой мерзкой бабы, что дочь его поносили и секли публично! Мейбор угрюмо тряхнул головой и повернул к лагерю. Пошел сильный дождь, и лорд только порадовался этому.

— Куда ведет этот коридор? — шепотом спросила Мелли. Она терпеть не могла темноты.

— В замок. — Джек вел ее за собой, крепко держа за руку. — Скорее — недоставало еще, чтоб нас поймали здесь. Видишь вдали свет? Там коридор кончается — осталось немного.

Джек отпустил ее руку, и она пожалела об этом, но промолчала и бегом устремилась вперед.

Славно было поразмять ноги после заточения в тесной клетушке. Коридор скоро вывел их в большое продолговатое помещение, и Джек свернул в один из многих ходов. Мелли хотела заговорить с ним, но он приложил палец к губам. Ей оставалось лишь надеяться, что он знает, куда идет.

Непонятно было только, как он находит дорогу в этой путанице переходов и лестниц. Джек зажег свечу, и перед Мелли открылось малоприятное зрелище сырых стен с бледным мхом, растущим на них. Мелли старалась держаться подальше, содрогаясь при мысли, что может задеть эту поросль.

Они пришли к лестнице с деревянной дверью наверху, и Джек велел Мелли подождать, пока он проверит, свободен ли путь. Очень скоро, к великому облегчению Мелли, он просунул голову в дверь, сделав знак, что можно подняться. Мелли оказалась в огромном помещении с низкими сводами, где сильно пахло пивом и хмелем, — это был пивной погреб.

Мелли хорошо знала это место. В детстве они играли в прятки между огромными бродильными чанами и катали бочонки с элем. Пивовар и ключник, если ловили озорников, не смели и пальцем тронуть господских детей и ограничивались тем, что прогоняли их из подвала. Мелли помнила, что в опасности такого изгнания и заключалась главная прелесть: их и пугала, и волновала возможность быть пойманными, но в то же время успокаивала мысль, что ничего худого с ними не сделают. Мелли тяжело вздохнула: хотелось бы ей и сейчас в это верить.

Джек вывел ее по другой лестнице в кухню. Мелли знала, что ночью по замку ходить опасно из-за несущих дозор часовых. Они с Джеком прокрались через кухню, стараясь держаться в темноте. В людской сидела теплая компании — но все ее участники были навеселе и не заметили беглецов.

Выбравшись из кухни, Джек и Мелли прибавили шагу. Они пробежали по незнакомому Мелли коридору и остановились перед низким отверстием в стене.

— Ползи за мной, — сказал Джек, становясь на четвереньки.

— Я тут не пролезу.

Джек, не обращая внимания на ее слова, уже пролез в дыру вперед ногами.

— Куда ведет этот лаз?

— В дровяной подвал. — Джек с трудом протиснул плечи. — Я прятался тут от мастера Фраллита.

Мелли заглянула в дыру. Ей ничуть не хотелось лезть туда вперед ногами. Это некрасиво, притом Джек увидит ее ноги и панталоны. Мелли решила, что полезет головой вперед, легла на живот и втиснулась в отверстие. Здесь было очень тесно, и она удивилась, как это Джеку удалось проползти так легко. Наконец она достигла другого конца лаза и встала на ноги. Джек смотрел на нее с усмешкой.

— Пойдем дальше, — резко сказала она.

Они вышли из подвала, и Джек уже закрывал за собой дверь, но тут их окликнули:

— Эй, вы там! — К ним направлялся стражник. Мелли прикинула, успеют ли они выбежать в сад, но стражник был слишком близко.

— Джек, иди сюда и молчи. — Он открыл было рот, но она прикрикнула: — Тихо! — и обняла его. А после поцеловала, просунув влажный язык между его губами. Джек крепко прижался к ней, охватив руками ее талию.

— Вы что тут делаете? — спросил, подойдя, часовой. Мелли прижала лицо Джека к своему плечу и молвила властным голосом:

— О том же я могу спросить и тебя, любезный. Ступай своей дорогой.

Часовой попытался заглянуть Джеку в лицо, но, видя негодующий взор Мелли, подмигнул и сказал:

— Извините, что помешал, госпожа.

— Тебе придется извиняться много усерднее, если ты сейчас же не уйдешь прочь!

Часовой удалился, и Мелли, облегченно вздохнув, снова приникла к губам Джека. Поцелуй продолжался, пока стражник не исчез из виду.

Мелли разомкнула объятия, чувствуя, как неохотно Джек отпускает ее. Не желая обнаружить перед ним, как ей самой не хочется от него отрываться, она, пунцовая и задыхающаяся, отвернулась и устремилась наружу. Джек бегом догнал ее.