Оба отряда схватились, и сталь зазвенела о сталь. Силы поначалу казались равными, и противники рубились немилосердно.

Это нисколько не походило на изящные турниры, которые Мелли видела при дворе, — мечи свистели с бешеной силой, метя без разбору в человека или в лошадь. Бой заварился долгий и кровавый. Тяжелые клинки, рассекая кожаные латы, врубались в тело. Мелли показалось, что среди отцовских бойцов сражается ее брат. Больше она не могла на это смотреть.

Она потихоньку отползла прочь, царапая свой нежный живот о сухую промерзлую поросль. Позади слышались рев и крики, пронзительное ржание испуганных лошадей и звон клинков.

Мелли шла вниз по ручью, пока не нашла брода. Она вошла в поток, радуясь холодной воде, смывающей с нее следы нечистых лап.

Найдя на другом берегу небольшую полянку, она повалилась на землю. Ее била дрожь, а следом хлынули слезы. Рыдания сотрясали ее. Бегство из дома, ограбление, погоня, плен и, наконец, бой — это оказалось больше, чем она могла вынести. Мелли долго еще плакала, кутаясь в изодранное платье. Ей было уже безразлично, найдут ее люди отца или нет, — лишь бы те, первые, не нашли. Мелли поклялась, что скорее умрет, чем даст опять дотронуться до себя.

Мало-помалу она успокоилась. Шум боя затих, но она не могла вспомнить, когда это случилось.

Она вынула шнурок из волос, и как умела, скрепила платье. Плащ остался позади, и она сомневалась, что протянет без него до утра. Услышав хруст прутьев и шорох листвы под чьими-то ногами, она быстро обернулась. Бежать она не могла. Мелли встала и высоко вскинула голову, приготовясь к возвращению в замок.

Ее конь! Он, должно быть, перешел ручей, когда Мелли стащили прочь. Обхватив усталое животное за шею, Мелли принялась его целовать. Мешок с припасами каким-то чудом сохранился! Она мигом отвязала его. Одно из одеял сойдет за плащ. Мелли завернулась в него, сразу почувствовав себя гораздо лучше: ей тепло, и у нее есть лошадь и провизия.

Решив, что пора перекусить, Мелли набросилась на вяленую свинину и сухари — отроду она не едала ничего вкуснее.

Лорд Мейбор кипел от ярости, и его старший сын Кедрак чувствовал это на себе в полной мере.

— Болван, как ты мог упустить ее? — Мейбор швырнул чашу через комнату, разбив свое драгоценное зеркало на куски. — Как ты мог?

— Там оказались вооруженные люди, и нам пришлось вступить с ними в бой.

— Какого дьявола ты ввязался в бой, когда тебе велено было искать сестру?

— Они ее схватили — так мы ее и нашли. Услышав ее крик.

— Что за люди?

— Не могу сказать, отец. На их одежде не было цветов. По-моему, это наемники.

— Борк всемогущий! Это еще что? — Кровь, распирая сосуды, давила в затылок Мейбору. — Зачем наемникам моя дочь? — Он шарил глазами вокруг, ища новый снаряд для метания: ему хотелось бить и крушить.

— Возможно, они просто наткнулись на нее в лесу и решили с ней позабавиться.

— Ты что городишь? — Голос Мейбора был холоден как лед. Кедрак не смел смотреть ему в глаза.

— Мне сдается, они пытались ее изнасиловать. Точно сказать не могу, но судя по ее крикам... И потом, мы нашли там ее плащ.

Лицо Мейбора сделалось серым.

— Вы взяли кого-нибудь из этой шайки?

— Нет, отец. Мы убили двоих и еще троих ранили, но они ушли в лес.

— А трупы?

— Мы обыскали убитых — при каждом оказалось по восемь золотых.

Мейбор, немного успокоившись, задумался.

— Восемь золотых, говоришь? Этим ребятам заплатили — и щедро заплатили. Ты уверен, что никто, кроме тебя и твоих людей, не знал о бегстве Меллиандры?

— Мы соблюдали всяческую осторожность, отец. В городе я расспрашивал о ней сам, притом так, будто не придавал этому особого значения. Что до людей — вы знаете, как они вам преданы.

Мейбор кивнул. Кедрак говорил правду. И все-таки лорда не оставляло чувство, что кто-то заплатил наемникам именно за то, чтобы они нашли Мелли.

— Кедрак, завтра ты снова отправишься в лес и возьмешь с собой следопыта и гончих. Ее надо найти любой ценой.

— Да, отец. — И Кедрак ушел.

Мейбор посмотрел на разбитое зеркало. Десять лет назад он заплатил за него сто золотых.

Он был уверен, что наемников послал Баралис. Ведь у королевского советника нет своих людей. Как этот ползучий гад узнал, что Меллиандра пропала? Мейбор ударил по зеркалу кулаком и порезал руку до крови, но не заметил этого. Баралис послал наемников схватить и обесчестить его, Мейбора, дочь.

Джек чувствовал первые признаки начинающейся лихорадки. Он продрог до крайности, у него не было ни еды, ни сухой одежды, и где-то на бегу он потерял один башмак.