Когда я всё же встала, я обнаружила, что моя сорочка и плащ высохли за ночь, а огонь в очаге вновь горел.

Я также нашла на его постели разложенную одежду. Женскую одежду из моей прежней комнаты, а также детский букварь. Я оделась и открыла книгу.

Теперь на повестке дня у меня имелись серьёзные задачи: попрактиковаться в чтении, найти Финна, чтобы передать весточку.

И соблазнить Самаэля. Это временно сделает его смертным. Я не знала, как долго это продлится. Минута? Месяц? Возможно, мне придётся постоянно поддерживать его в смертном состоянии. Просто на тот случай, если мне понадобится его убить.

Я стояла возле кабинета графа, одетая в серое платье до колен с симпатичным белым воротничком. Всё утро я провела в его библиотеке, работая над своей первой задачей. Грамотность.

Потому что если я буду каким-то двойным агентом, работающим с сопротивлением, то нужно уметь читать и писать сообщения.

Разложив перед собой еду и кофе, я практиковалась в чтении, раз за разом произнося вслух небольшие слова. Соуриал принёс ещё больше детских книг и карточки с короткими словами, которые нужно было запомнить. Это было непросто, но я получала удовольствие.

Хотя мне ещё далеко до чтения огромных томов в библиотеке, пока что мои успехи были вовсе не ужасными. Я даже разобрала некоторые небольшие предложения, почти не скрежеща зубами.

Но теперь мне предстояло второе задание на день: найти Финна и передать сообщение.

Я снова постучала в дверь Самаэля, дожидаясь ответа.

У меня имелся хороший предлог для ухода из замка. Они дали мне миллион платьев и плащ. У меня была вся необходимая еда, всё необходимое вино.

Чего они мне не дали, так это нижнего белья. Я собиралась сказать, что пойду за ним.

Если он вообще отпустит меня, то пошлёт со мной охранника, возможно, даже двух. Но если действовать с умом, то удастся ускользнуть на пару минуток.

Ночами Финн работал в мюзик-холле. Но днём он часто помогал своему отцу продавать одежду на Аллее Подъюбника. Я куплю что-нибудь у него и прошепчу быстрое предупреждение для Свободного Народа. Если Свободный Народ был врагом смертоносных ангелов, возможно, они сражались на стороне добра.

Когда дверь наконец открылась, на пороге показался Самаэль. Он прислонился к косяку, глядя на меня сверху вниз.

— Да?

Я прочистила горло.

— У меня нет трусиков.

Его взгляд скользнул к моей юбке. Зрачки серых глаз стремительно расширились.

— О?

— В смысле, я бы хотела купить себе их.

Он выгнул бровь.

— Мы пошлём за ними слугу.

Он начал закрывать дверь, но я прикоснулась к его руке.

— Они же не знают размер. Или какой фасон мне нравится. Будет лучше, если я пойду сама.

— Ты хочешь покинуть замок. Через день после того, как я поймал тебя за попыткой побега.

— Всего лишь за трусиками. Ты можешь послать со мной солдат.

— Соуриал будет сопровождать тебя вместе с несколькими солдатами, — его глаза сощурились. — Тебе случайно ничего не известно о двух пропавших кловианских солдатах?

Мой пульс чуточку ускорился.

— С чего бы мне что-то знать о них?

— Они патрулировали замок. Их тела вынесло на берег реки, кости были переломаны. Совершенно переломаны, словно кто-то сбросил их с башни.

Я сглотнула.

— Ну, звучит ужасно.

Самаэль смотрел на меня так долго, что я почувствовала, как кровь отливает от моего лица.

— Они пропали прошлой ночью. Именно тогда, когда ты на время исчезла.

— Ты же не думаешь, что я смогла справиться с двумя обученными солдатами, нет? Я всего лишь куртизанка. Может, они напились, как те, что стояли на страже у моей комнаты, — я скрестила руки на груди. — Честно говоря, судя по тому, что я видела, твоя армия не очень-то дисциплинированная.

Его взгляд пронизывал меня, и сердце ухнуло в пятки.

Я чувствовала, что до сих пор жива из-за его сна. И всё. А что, если ему привидится новый сон?

***

Сопровождаемая двумя солдатами и Соуриалом, я вышла за ворота. Снаружи улицы были переполнены людьми, покупавшими птиц в клетках, выпечку и большие полотна ткани с рыночных прилавков. Восточный Край звенел криками продавцов сыра и сидра, и чертовски здорово было снова находиться здесь. Я провела в замке всего день, но ощущалось это как несколько недель.