Набережная оказалась ничем не примечательной. Традиционная для этих мест брусчатка столь же традиционно заросла пробившейся сквозь щели травой, сама река напоминала большой и не слишком-то чистый ручей, а видневшаяся чуть ниже по течению полузатопленная лодка органично дополняла картину царящего вокруг упадка. Впрочем, сейчас мой разум лишь автоматически отметил эти мелочи, не придав им особого значения – врагов рядом не было, так что у меня появилась реальная возможность наконец-то утолить жажду. Вовремя вспомнив о живущих в воде сущностях, я наполнил тело прохладным ветерком, опустился на колени, а затем и вовсе лег на живот, оказавшись совсем рядом с потоком. Зачерпнул мутную жидкость ладонью, сделал глоток, второй, третий...

Оторваться от реки удалось только после того, как вода начала булькать в животе, недвусмысленно просясь обратно. Я привалился спиной к весьма удачно расположенной каменной тумбе, удовлетворенно вздохнул и перевел взгляд на обмотанные тряпками ноги. Накопившиеся проблемы никуда не делись, однако теперь о них можно было думать более спокойно, не отвлекаясь на базовые потребности организма.

Первым делом требовалось как-то избавиться от преследователей. Задача выглядела чертовски сложной, однако здесь у меня имелось не вполне очевидное, но очень серьезное преимущество – благодаря силе бога я мог спокойно ходить там, где обычного человека ждала быстрая и не совсем приятная смерть. Впрочем, панацеей эта сила не являлась, что весьма наглядно продемонстрировал встретившийся мне монстр.

Из центра города прилетел издевательский вой. Я вздрогнул от неожиданности, чертыхнулся, после чего начал изучать оставшиеся на груди раны.

Тварь, которую Арам назвал малуком, промахнулась – ее когти разорвали рубашку, оставили после себя три глубокие царапины, но не дотянулись до мышц. Короче говоря, мне очень сильно повезло. Тем не менее, ссадины успели воспалиться и пожелтеть, что говорило о занесенной инфекции, а также возможных осложнениях. И очень жаль, что исправить ситуацию в моем текущем положении было почти невозможно.

Вой повторился, заставив меня встать и осмотреться по сторонам. Интуиция говорила, что бояться неведомой твари пока что не стоит, однако мои враги рано или поздно должны были взять правильный след. Значит, следовало уходить от реки, а затем прятаться. Снова.

Очень некстати проснулось чувство голода. Под ложечкой засосало, желудок тут же скрутился в тугой комок и громко буркнул, требуя пищи, а я еще раз выругался – найти еду в давным-давно заброшенном городе не представлялось возможным. С другой стороны, бродившие по улицам твари наверняка чем-то питались. Рыбой, например. Или крысами.

Следующие несколько минут у меня в голове крутились откровенно бредовые мысли, связанные с охотой на местную живность. Потом здравый смысл все-таки одержал верх, я снова вспомнил о преследователях и двинулся вдоль набережной, стараясь как можно меньше тревожить растущую под ногами траву. К сожалению, такая предосторожность оказалась напрасной тратой времени – увидеть отпечатки моих ног на грязной брусчатке смог бы даже самый ленивый из местных охотников. Переварив эту мысль и ощутив быстро растущее беспокойство, я свернул в первый попавшийся переулок, нашел дом с выломанной дверью, залез внутрь, а потом опять выругался. Длинно, со вкусом, но очень тихо.

Использовавшиеся в качестве обуви тряпки намокли от росы, впитали в себя уличную грязь и теперь оставляли характерные метки повсюду, где только можно, не давая мне ни единого шанса оторваться от врагов. Для этого требовалось сменить обмотки, дождаться, пока солнце высушит росу... однако интуиция упорно талдычила, что накопленное благодаря ложному следу преимущество стремительно подходит к концу и тратить его остатки на поиски сменной ветоши попросту нельзя.

Какое-то время я стоял посреди заброшенного здания, перебирая доступные варианты. Идти к центру города можно было только в самом крайнем случае. Возвращаться на равнину или сплавляться по реке – тоже. А приютившая меня окраина мало-помалу превращалась в огромную ловушку.

– Вот дерьмо.

Не найдя иного выхода, я решил поступить уже привычным образом – сделать несколько ложных петель, закольцевать след, а потом ускользнуть куда-нибудь в сторону и спрятаться. Однажды это уже сработало...

– Кажется, здесь, – донесся со стороны двери чей-то напряженный голос. – Следы свежие.

– Заходим. Осторожно.

Чувствуя, как на голове шевелятся волосы, я беззвучной тенью скользнул к распахнутому настежь окну, аккуратно перевалился через подоконник и шмыгнул к соседнему зданию. Обогнул его, забрался внутрь, прошел насквозь...

До сих пор меня спасало то, что эта часть города являлась весьма популярной целью у пришлых мародеров – двери встречавшихся мне особняков были заботливо выломаны, стекла в окнах по большей части отсутствовали и двигаться по территории не составляло никакого труда. Но полоса везения рано или поздно все равно должна была оборваться.

Повинуясь внезапному наитию, я нашел маленький камешек и по высокой дуге запустил его через крышу соседнего здания, искренне надеясь, что созданный шум хотя бы на время отвлечет врагов. А затем снова побежал вперед, петляя между домами, преодолевая заборы и стараясь держать в уме карту местности.