А потом мой пленитель пошевелил пальцами и у него вырос очень длинный и очень тонкий коготь.

— Я себя убью! — пытаюсь блефовать.

— Тогда делай это сейчас, — спокойно ответил Громила. — А потом я буду тебя уговаривать разлочить оборудование. Кстати, я косточки тебе специально подвернул, как знал что у тебя не регенерация, а аптечка. Значит, это в ранах не клей, а наниты стабильные? В тебе всё больше секретов, Живой. Даже жаль, что тебя убивать прямо сейчас надо.

Я упрямо сжал челюсти.

— Не нашли общий язык. Жаль, — Громила поднялся.

— Уважаемые зрители! Вы будете смеяться, но, кажется, меня снова будут убивать! Третий, третий раз за день! Чёрт побери, это становится несколько однообразным! — я почти визжал.

— Ух, знавал я таких клоунов, до последнего юморят, — меня хватают за шиворот и понимают над землёй, — до последнего выкрутиться думают. Даже когда башку оторвёшь такому, она смотрит где половчее лизнуть. Авось прирастёт голова-то обратно, если вовремя лизнуть, да? Только вот, братишка, ты наверно из того мира от таких, как я, сбежал, а я сюда как раз развлекаться приехал. Вот облом, ага? Веришь, нет, шестой раз крысиную бочку прохожу.

Вокруг столько камер, что от их двигателей поднимается ветер.

— Ну так что, разлочишь вещи? И тогда тебя раз и всё, раздавлю головёнку. Будет тебе счастье и радость. Последний раз предлагаю.

Я только отрицательно помотал головой.

— Как знаешь, Живой, я с тобой по-человечески хотел, а сейчас извини, — Громила держал меня на вытянутой руке. И без особо напряга.

— А теперь открой ротик, вдруг у нас там какая бяка есть. Открой, кому говорю… — он схватил меня за челюсть и дёрнул. Рот распахнулся и я понял, что челюсть выдернули из суставов.

— Ротик обычный, человеческий. Ещё, значит, не успел прокачать, да? — Громила мне подмигнул, а потом потянул к себе.

Я только замычал.

— А от тебя интересно пахнет. И железка, и типы эти странные, и даже сука больная… Я смотрю, ты хитрый малый, да? Сам всех укокошил или просто за тощим бродил, да на трупах побирался? В любом случае уважаю. Давай-ка, обниму тебя, чтобы не дёргался. Ты мне долго живым нужен, авось передумаешь. А сейчас потерпи…

Громила прижал моё лицо к себе. Я ощутил сильных запах пота и мускуса. И начал что есть сил дёргать сломанными руками. Мне бы коснуться, мне бы, сука…

Очередное сокращение травмированных мышц и моя ладонь шлепает громилу на спине. Если бы не эти переломы, фокус не прошёл бы, а сейчас…

Контроль нервной системы. Пациент обездвижен.

Доступны действия:

1. Контроль.

2. Обмен ощущениями.

Ладонь прилипла к лопатке Громилы, недалеко от позвоночника. От облегчения я едва не разрыдался. Ухом я уже ощущал острый кусок металла.

А потом почувствовал, что могу шевелить дополнительным набором конечностей. Ощущения сбивали с толку, и первое, что я сделал, это убрал ладонь от своего уха. С каждым мгновением управление становилось всё проще.

Аккуратно переместил своё переломанное тело в сторону и аккуратно же выправил челюсть. У Громилы остался только контроль над мимическими мышцами и глазами. Он забавно корчил рожи.

— Минимальные затраты биоматерии! — я вспомнил, что имплантами можно командовать. Говорить с вывернутой челюстью не очень реально, но система меня поняла.

Внимание! Режим максимальной экономии активирован.

Травмы восстанавливаются до уровня: минимальная функциональность.

Так что первым делом я с помощью нового тела расправил себе ноги. Потом руку.

Внимание! Избегайте резких движений и серьёзных нагрузок. По возможности, отдохните.

К моему огромному облегчению, биоматерии хватило и на ноги, и на руки, и на челюсть.

А теперь пришла пора мести!

— Уважаемые зрители! И вот, мы в очередной раз видим победу жадности над здравым смыслом! Сколько таких сюжетов вы уже видели! Но дяденька Громила очень захотел себе мои вещи. Как можно заметить, всё остальное он сделал абсолютно правильно! Ни единой ошибки. А сейчас он умрёт!

С этими словами мой пленник поднёс руки к лицу, широко раскрыл рот, схватил левой рукой себя за верхнюю челюсть, правой — за нижнюю, и потянул в разные стороны. Я раскланялся перед камерами, которых было уже несколько тысяч.