«Моя госпожа!» — слетело с моих губ, и она проснулась.

Горячий шепот эльфа обжег Катерину и заставил ее сердце биться быстрее. Ей захотелось заглянуть ему в глаза, чтобы убедиться, что искра желания, которая проскочила между ними, ей не показалась.

Девушка резко перекатилась на другой бок, лицом к Елисею. Расстояния для поворота было недостаточно, поэтому она навалилась на него, а он от неожиданности упал на спину и теперь лежал под ней. Глаза широко раскрыты, губы приоткрыты, волосы растрепались. Кажется, он испуган, что его застали врасплох.

— Доброе утро, Елисей! — прошептала девушка эльфу прямо в его остроконечное ухо, а потом резко встала, чтобы не смущать его.

Катерина поежилась — в доме стало свежо за ночь, завернулась в одеяло, которое так и лежало на полу, и пошла на кухню ставить чайник. Эльф вошел на кухню буквально через минуту, уже одетый в джинсы и толстовку, с собранными в хвост волосами. Он принялся растапливать остывшую печку.

Позавтракали молча, не глядя друг на друга, словно между ними произошло что-то постыдное. Разговор не клеился, напряжение нарастало.

Вдруг эльф сорвался с места, резко приблизился к Катерине и встал перед ней на колени.

— Моя Госпожа, прошу простить меня за непозволительно дерзкое поведение этим утром, — начал он, — я готов понести суровое наказание за свой проступок.

Катерина смотрела на него: глаза в пол, руки безвольно опущены, одна непослушная прядь волос упала на лицо. Девушка протянула руку и спрятала выбившиеся волосы за ухо, слегка дотронувшись до его щеки. Эльф стоял, ожидая заслуженного наказания.

— Хорошо, пойдем со мной, — ответила девушка, взяла связку ключей со стены и вышла на улицу, надев пальто. Елисей пошел за ней с нехорошим предчувствием.

Они шли в сторону невысокой постройки, стоящей отдельно от дома. Эльф еще не был там. Катерина отперла огромный замок и пропустила своего раба вперед. Лицо его перекосила гримаса ужаса и отвращения.

— Это комната пыток и госпожа планирует высечь своего непослушного раба? — спросил он опуская голову еще ниже и указывая на широкую лавку, которая занимала целую стену и располагалась на уровне пояса (наверняка для того, чтобы удобнее было наносить удары).

Катерина сначала непонимающе на него посмотрела, а потом начала неудержимо смеяться, отчего эльф как будто весь съежился.

— Нет же, глупенький! — продолжает смеяться Катерина, — это обычная деревенская баня. Здесь моются. Просто она в запущенном состоянии. Надо здесь все отмыть, укрепить прогнивший пол и выровнять покосившуюся дверь. В следующий раз мы ее растопим, и ты сможешь нормально мыться. Тебе понравится.

Эльф расслабился и даже смог нормально осмотреться.

— А зачем такая лавка? — с недоверием спросил он.

— Увидишь. Я куплю веники, новые тазы и ковш. И в следующий раз мы устроим банный день. А то обтираться водой не очень гигиенично. Да и стирать тебе как-то надо будет. Здесь удобнее.

Напряжение между ними спало, и они пошли прогуляться по участку, обошли старую конюшню и покосившийся курятник. Оказавшись на задах участка, остановились посмотреть на умиротворяющий вид засыпающей степи. Было очень тихо, после городского шума тишина просто давила на уши. Они присели на старую лавочку.

— Елисей, вчера я рассказала тебе о своей жизни и о своих предках. Расскажи мне теперь о себе — попросила девушка, — я хочу больше узнать о тебе. Сколько тебе лет? Откуда ты, и есть ли еще подобные тебе эльфы?

— Даже не знаю, с чего начать, — задумчиво начинает Елисей.

— Мне немногим более четырехсот лет, примерно половину жизни я провел в рабстве, жил в разных странах, в вашей стране живу последние лет тридцать.

— А где жил до этого? Вы из другого мира?

— Если ты имеешь в виду планету, то нет, эльфы живут на этой же планете, просто нас осталось немного, и мы живём в очень укромных местах, вход в наши города сокрыт чарами. Люди не видят ничего, кроме безжизненной пустыни или непроходимых лесов. Попасть туда может только свободный эльф, раб лишается этой возможности. Эльфы не интересуются жизнью людей и стараются не вступать в контакт.

— Когда ты выполнишь контракт и станешь свободным, то сможешь ли ты вернуться к своим?