— Взгляните в мои глаза, домина, — уже чуть менее строго попросил я, — разве я похож на того, кто пришел сюда просто пошутить?

В первое мгновение, она послушалась, а потом испуганно отвела взор, не выдержав мрачной глубины, плескавшейся в моем взгляде. В этой темной бездне ей почудились реки пролитой крови, страдания миллиардов грешников и бесконечная дорога боли, ведущая к багровеющему горизонту Преисподней. Женщине показалось, что на нее из глаз молодого мальчишки смотрит голодный демон, и единственное, чего ей сейчас по-настоящему хотелось, это ринуться прочь, роняя стулья.

Однако аристократическая выучка, воспитание и выдержка все же сумели взять верх над низменными инстинктами. Хотя, быть может, виной тому оказался все тот же животный страх, сделавший ноги Луаны ватными и непослушными. Главное, что она осталась сидеть передо мной, и даже всерьез попыталась осмыслить то, что я ей предложил.

— Но… как? — Тихо выдохнула она. — Как ты это сделаешь?

— Вы никогда не узнаете об этом, домина, — с нажимом ответил я. — Не узнаете сами, и поклянетесь мне, что не расскажете ни единой живой душе, что к вашему прорыву приложил руку именно я.

— Я просто не могу поверить в твои слова, Данмар! — Самообладание постепенно возвращалось к Персус, и она начинала все активней нюхать ветер, как сказали бы урманы. — Разве есть хоть что-нибудь в мире, что способно так быстро сделать из Владеющего Грандмастера?

— Вы найдете ответ на свой вопрос только в одном случае, Луана, — загадочно подмигнул я красавице, — если согласитесь. Но я спешу вас предостеречь. Хоть я и укажу вам короткий путь, легким он не будет.

Видя, что аристократка сомневается и не может решиться, я попытался подтолкнуть ее.

— Вы думаете, что мое предложение звучит слишком громко для какого-то Аколита, ведь так?

Хоть Персус ничего и не ответила, но по ее взгляду я понял, что так оно и есть. Так что мне следовало попытаться напустить еще больше тумана, чтоб она заглотила мою наживку поглубже.

— Целый год, домина, я не мог отыскать дороги к своей собственной Искре, представляете? Зато когда увидел свой путь, то оказался шокирован тем, насколько слепы и наивны наши наставники. Я обучаюсь всего два года, и половину этого срока я не посещаю занятий. Но знаете что?

— Что? — Эхом отозвалась заинтересованная Луана.

— Я уже могу легко сдать экзамен на Владеющего. Я не делаю этого только потому, что мне удобно жить в первом кольце.

Женщина примолкла, не решаясь обвинить меня во лжи. Она наверняка в курсе моих успехов на арене. Астра попросту не могла не рассказать ей, как я гонял других Аколитов на занятиях Хармы. Да плюс еще…

— Как вы считаете, домина, что помогло мне убить Иматироса на дуэли? — С легкой насмешкой спросил я. — Вы верите в то, что ребенок может быть настолько тренирован, чтобы одолеть Владеющего?

— Я так понимаю, ты спрашиваешь только для того, чтобы я сама подумала над этим, а не потому что хочешь дать мне ответы? — Осторожно предположила моя собеседница.

— Вы совершенно правы, Луана. Желаете, чтобы я дал время на раздумья, или вы готовы озвучить свое решение прямо сейчас?

Несколько долгих и томительных минут аристократка колебалась, кусая губы и заламывая пальцы. Сомнения были написаны на ее лице просто гигантскими буквами, ведь то, что я ей предложил, слишком фантастично и невероятно, чтоб в это поверить. Но еще больше от моих речей веяло непреодолимым соблазном.

— Данмар, я не могу ответить прямо сейчас, — выдохнула она в конце концов. — Как на счет того, чтобы дать мне несколько ночей на размышления?

— Конечно, домина, думайте, сколько вам будет угодно. В конце концов, речь ведь идет о вашем будущем.

Глядя вслед покидающей меня Персус, я понял, что она солгала. Никакого времени ей не было нужно. Она уже все решила, просто сама еще не поняла этого. Уже скоро… совсем-совсем скоро мать Астры вернется ко мне.

Дождь лил с такой силой, будто бы природа возжелала утопить на этой земле все живое в своем стихийном буйстве. Для любого пешехода выход в такую непогоду означал бы моментальное промокание до самой последней нитки. Да что тут говорить, если из полноводной реки можно было выйти более сухим, нежели из-под этого неудержимого ливня. Так что совсем неудивительно, что улицы Махи начали стремительно пустеть даже раньше, чем на горизонте показалась огромная черная туча. К тому моменту, когда на землю упали первые капли, город уже выглядел вымершим и покинутым.