Однако я не мог последовать примеру всех остальных горожан, ведь меня ожидала одна важная встреча. Встреча с Зокритом Иматирос, который должен был принести мне вести. Но теперь уже и не знаю, рискнет ли он высунуть хотя бы нос из своего родового гнездышка?

Не успел я толком усомниться в пунктуальности аристократа, как вспышка молнии высветила в конце улицы закутанный в плащ с ног до головы силуэт. Он двигалась прямо ко мне, остервенело топая по лужам, и каждым своим движением показывая, насколько ему докучает разыгравшееся ненастье. Наконец фигура поравнялась со мной и замерла, ничего не спрашивая и не говоря, как немой укор моей совести. И только лишь когда новая небесная вспышка осветила лицо Зокрита, он недовольно пробурчал:

— И почему ты не мог выбрать место посуше?

Я сделал небольшую паузу, ожидая, когда в небесах прогромыхает отстающий от грозового разряда гром, и только после этого ответил.

— Потому что здесь и сейчас нас точно уж никто не подслушает. — Высокомерно отозвался я, будто и в самом деле мог предсказать этот ливень. — Давайте сразу к делу, домин. Наместник уже ответил?

— Да, — скривился мужчина, то ли от капель дождя, падающих на его лицо, то ли от тех вестей, которые он принес. — Но я боюсь, что тебе не понравится его решение.

— Почему-то я не удивлен. Так что он написал?

— Твоя задумка провалилась, — припечатал Иматирос, словно в чем-то меня обвинял. — Наместник отклонил просьбу Мэрака устроить закрытый поединок, поскольку разница в ваших рангах слишком велика. В своем официальном отказе он указал, что такая дуэль с попустительства властей Исхироса может стать средством узаконенного убийства. Поэтому лизоблюд Иилия готов позволить состояться вашей схватке только в назначенный им день, и только в его личном присутствии.

— Надо же, — сказал я, задумчиво глядя в черное небо, — а мне он заявил, что у него нет на это времени.

— Так что, значит, все отменяется? — С заметным напряжением в голосе спросил аристократ.

— А вам, домин, так принципиально важно, чтобы я вышел на безнадежную дуэль с вашим главой?

— Мне в первую очередь волнует отмщение, Данмар, — холодно бросил Зокрит, — и ты прекрасно об этом знаешь.

— Конечно-конечно, прекрасно вас понимаю… Однако мы договаривались с вами совсем о другом. Вы же прекрасно понимаете, что против Магистра у меня нет ни малейшего шанса. На закрытом поединке я бы еще мог что-нибудь придумать, но сейчас, при множестве свидетелей…

Я скорбно покачал головой, поджав губы, вполглаза наблюдая за тем, как смурнеет лицо моего собеседника.

— Вы подвели меня, Зокрит.

Иматирос тут же гневно сверкнул на меня глазами, злясь на то, что я пытаюсь переложить всю ответственность на его плечи.

— Я сделал все, о чем ты просил, Данмар! — Пылко возразил он, тыча мне в грудь пальцем. — Но воля наместника лежит за пределами возможностей моего влияния, так же как и твоего!

— Это все оправдания, домин, — продолжил я дразнить Владеющего, — а факт остается неизменным. Теперь я буду вынужден либо бежать, либо выходить против огненного Магистра лицом к лицу.

Честно говоря, бросать всё то, чего я достиг в Махи, было откровенно жалко. Ведь мне оставалось сделать всего один щелчок пальцев, чтобы собрать вокруг себя целый костяк из послушных мне аристократических родов. И при должном уровне организации они даже на сегодняшний день вполне способны подмять под себя весь город, а за ним и провинцию.

Осуществить это мешают только действующие главы семей, чьи наследники уже настроены ко мне весьма лояльно. И немного ускорить передачу власти от родителей к их детям совсем несложно. Куда труднее будет придумать способ разобраться с Мэраком, не явив никому ни ангельской сути, ни демонической.

Пока Иматирос сверлил меня сердитым взглядом, я умиротворенно смотрел в небо, любуясь его чернильной тьмой и редкими росчерками молний. Они периодически мелькали в вышине под пушистыми брюшками тяжелых туч, потрясая воображение своей мощью и свирепостью. Как же интересно устроен мир… Какие пугающие силы вот так запросто разгуливают по его просторам. А ведь этому чуду не удивляется даже последний свинопас…

— Ты все-таки собираешься сбежать? — Наконец спросил аристократ, но в этих словах, как ни удивительно, не прозвучало ни упрека, ни презрения. Ведь в его глазах я все еще оставался самонадеянным мальчишкой, который взял ношу не по себе и сейчас от тяжести едва может разогнуть спину. А ведь с ней мне потребуется пробежать целый марафон.

— Не думаю, — отрицательно мотнул я головой. — Пожалуй, мне придется выйти на этот поединок.

— Но ты ведь сказал…

— Да, домин, я помню, — перебил я высокородного. — Просто побег не входит в мои ближайшие планы.

— И что же ты намерен делать? — Иронично вскинул бровь мой собеседник. — Выйдешь против Мэрака?

— Выйду, домин. Но только при одном условии.

— При каком же?

— Если я убью главу Иматирос на глазах у всех, вы признаете передо мной долг жизни.