Черт. Как все глупо выходит. В моих представлениях я часть армии. И армия должна защищать население. Для этого ее вооружают и содержат. Такие принципы пропагандировались в прошлом моем мире. Насколько они соблюдались… Вот это вопрос. Может, Стилион просто говорит без прикрас, а у нас маленькие победоносные войны лишь прикрыты драпировкой борьбы за всё хорошее? Ладно. Времени на мысли нет. Чем дольше я молчу, тем большим дураком выгляжу.

— У нас есть шанс остановить вторжение Гератов на этой позиции. — заявил я как можно более уверенно.

— Смелость? Прекрасно. — снисходительно улыбнулся Стилион. — Боги благоволят смелым. Но еще больше они любят разумных.

— Спасибо за советы, актуарий. Чтобы я без вас делал. И, кажется, пополнение в кавалерии?

— Это Шанир бар Авис. — кивнул Стилион в сторону всадника-шаддица. — Он и его товарищи станут твоими телохранителями на поле боя.

— Отлично.

Я выбрал всех смуглых всадников взглядом, направил запрос и…

«Запрос отвергнут».

Шаддинец повернулся к Стилиону и произнес:

— Пусть он узнает наш долг.

— Эти всадники не часть легиона. — заявил Стилион. — Они мои люди, задача которых в целости и полной сохранности доставить тебя в Мелиодан, если… Сражение обернется не лучшим образом.

— Понял. Но так дай мне над ними контроль. Мне будет проще их использовать.

— Использовать их не надо. — возразил Стилион. — Ими надо воспользоваться как последним шансом. Поэтому они останутся вне твоей власти, стратег. Несмотря на бледную кожу и тихий голос в тебе горячая кровь.

Это он так красиво назвал меня дебилом? Скорее всего. А Стилион продолжал:

— Ты азартен и самоотвержен. Подобные люди готовы все ставить на кон, забывая про осторожность. Я многих таких видел. Немало пустил в расход. Но, стратег… Твоя жизнь — ценность в масштабе всей Империи. Так что эти всадники твои телохранители, а не конный резерв. Да хранят боги храбрецов. Удачного боя.

— Постой. Но хотя бы те цестинские всадники и лучники…

— Нужны мне как личная охрана и эскорт для перевозок серебра. У тебя развивается нехорошая привычка пользовать чужие вещи. Так зазеваюсь и ты мою тогу порежешь на шейные платки для солдат.

И актуарий был таков.

Я посмотрел на отряд в полсотни всадников. Сначала просто, а затем через режим стратегии.

Шаддинские легкие саваран

Штурмовая конница.

Стрелковая конница.

У каждого кольчуга, усиленная пластинами, составной лук, несколько дротиков, одноручная пика или длинный меч. Годны как для дальнего, так и для ближнего боя. И это легкие всадники? Что же тогда представляют из себя тяжелые?

Шаддинец смотрел на меня волком. Похоже сам не горел желанием стать нянькой «буйного» стратега. И почему у Стилиона обо мне такое мнение сформировалось? Горячая кровь. Это же надо так… Ранее никогда не слышал в свой адрес подобных слов. Все же это он так меня завуалированно идиотом окрестил.

Остаток дня я провел наблюдая за выполнением своих указаний по укреплению побережья и отбиваясь от знати. Все они считали важным пообщаться с новым стратегом. И чем больше, тем лучше. К вечеру усталость навалилась сто тонным прессом. Не только от дней марша и подготовки к бою. От всего моего путешествия, начиная с Терта. Бесконечная тряска по камням, ночной холод и дневная жара, затем тяжесть доспехов и ощущение постоянной угрозы. В том мире я иногда развлекался походами. Их прелесть в том, что за напряжением сил следует отдых. Ты вываливаешься уставший и пыльный из электрички или паркуешься у дома, заносишь в квартиру здоровенный рюкзак, а дальше все… Душ, чай да кровать.

Мой нынешний поход не имел обозримого конца. Я буду таскаться от шатров к чужим домам, носить килограммы стали и по восемь-десять часов проводить на марше. Не будет больше КФС, тупления сутками в комп и музыки в наушниках. Поход на всю оставшуюся жизнь…

А вокруг чуждый дикий мир. Здесь вся цивилизация — лагерь легиона да смотровая башня у моста. И на сотни километров леса, поля, травы и люди, живущие по законам каменного века.

Я смотрю на темные силуэты деревьев с высоты птичьего полета. Жду. Время от времени хочется вернуться. Просто ощутить свое тело, а там меня встречает боль. В мышцах, костях, голове и желудке. Спасибо, с меня достаточно. Снова я бесплотный парю над лагерем, где по-моему приказу почти не горят костры. Можно разглядеть как…

«Войска атакованы».

Началось.

Ни я, ни редкие дозорные застрельщики у реки не заметили приближения врага. Велиты новобранцы обратились в бегство, даже как следует не разглядев с кем имеют дело. Лишь несколько вражеских точек подсветила мне система. А в темноте варваров было намного больше. Поражали бегущих велитов летящие копья. Оставалось дивиться точности врагов. Впрочем, они жили у моря, били моржей и тюленей. Подкрадываться, метать дротики, докалывать — все это положено уметь хорошему охотнику. А то, что Гераты в первый натиск пошлют лучших, я не сомневался.