Или вообще о ней не задумываться ближайшие лет эдак…

Пятнадцать, например. А лучше двадцать.

Откуда Антонов с сомнительными карьерными перспективами свалился мне на голову, я до сих пор не понимала. Правда, в эту секунду я была готова обвинить его в чем угодно, например, в отвратительном сговоре с Вась-Васем и в том, что он нарочно меня подставил, нарочно уговорил с ним поселиться, но…

Черт, ну, смешно отрицать, что мне было с ним хорошо. Смешно отрицать, что он мне ужасно нравился, даже если я изо всех сил убеждала себя в том, что терпеть не могу Антонова.

– Не сердись, - пробормотал мне на ухо Женя, верно истолковав моё молчание как растерянное. – Ну правда, Мари. Мы взрослые люди. Мы, в конце концов, с тобой почти семейная пара благодаря нашему драгоценному шефу…

Последнее было правдой.

Я хотела сказать Жене, что мы как-то слишком уж старательно притворяемся, но не успела выдохнуть ни слова – он нагло заткнул мне рот поцелуем. И я, вместо того, чтобы ударить Женю посильнее, ответила на этот поцелуй, подаваясь вперед и позволяя ему обнять меня так крепко, что путей для отступления просто не осталось.

– Ай! – вскрикнула я, вспоминая вдруг о том, что есть же на свете какие-то меры предосторожности, а самое главное, мне б сейчас не стоило... – Больно же!

– Прости, - виновато прошептал Женя, отодвигаясь и переворачиваясь на бок. – Можешь исцарапать мне всё лицо и назвать дебилом.

– Ты дебил, Женя, - послушно заявила я. – Ты козел и сволочь, воспользовался девушкой, а теперь ещё и пытается притвориться, что всё это было по обоюдному согласию.

– А ты была против?

Нет, я была не против, но не говорить же мне ему об этом!

– Прекрати меня дразнить, - хмуро промолвила я.- И вообще, прекрати ко мне приставать и… И отодвинься от меня, Женя. Чем дальше, тем лучше!

– Ты такая смешная, когда притворяешься, что злишься, - усмехнулся Женя.

– Придурок! – огрызнулась я. – Лучше б ты о последствиях подумал!

– Это ж о каких?

Я покраснела. Перечислять возможные последствия мне не хотелось. Меж бедер саднило – я теперь наконец-то почувствовала это, окончательно вырвавшись из винного полубреда, - голова покруживалась, и мне срочно надо было в душ.

Спутанные воспоминания подсказывали, что Женя был довольно осторожен. Какая-то надежда на его адекватность шептала, что, скорее всего, никаких непредвиденных последствий быть не должно, но…

– Я не первый год живу на свете, Мари, - рассмеялся Женя, наконец-то верно истолковав мои опасения. – Можешь не беспокоиться об этом.

– О том, что ты старик, старше меня на семь лет? Вот об этом, кажется, мне и стоило бы сейчас побеспокоиться!

– Нет, ну можешь попсиховать, - Женя перевернулся на спину и закинул руки за голову. – Если хочешь, конечно. Но о безопасности всего, что было ночью, переживать не стоит.

– Да? Принесешь мне справку от венеролога?

– Её тоже могу.

Я покраснела.

– А от меня ответную не потребуешь?

– Да вроде повода нет, - ухмыльнулся Женя. – Хотя… Что-то ж передается и воздушно-капельным…

– Дурак! – возмутилась я. – Отвернись! И глаза закрой! Мне одеться надо.

– Ой, - закатил глаза Женя. – Чего я там не…

– Женя!

– Ладно, - он послушно смежил веки. – Считаю до десяти. Один…

Я выскочила из кровати, схватила первую попавшуюся под руки одежду – ею оказалась вчерашняя Женина футболка, как раз достаточно длинная, чтобы прикрыть всё то, что ему видеть не следовало бы, - и вылетела прочь из комнаты. Надо принять душ, привести свои мысли в порядок и… А что будет дальше, я потом решу. Как-нибудь. Наверное.

Холодная вода действительно помогла привести мысли в порядок. Я чувствовала себя обновленной, убедила даже себя в том, что ничего страшного не произошло. Ну а что такого? Женя красив, он был нежен и, в конце концов, я знаю его три года – то есть, уверена в том, что он не мошенник, не маньяк и вряд ли будет раскидывать по интернету мои обнаженные фотки. К тому же, он мне, чего греха таить, нравится. Это всё гораздо лучше. Чем напиться в каком-нибудь клубе с каким-то незнакомцем, а потом проснуться утром непонятно где. Женя, возможно, даже порядочный.

И, в конце концов, я с ним живу. Даже если пытаюсь сделать вид, что плачу ему арендную плату.

Я настолько утонула в своих мыслях, что, натянув всё ту же футболку, отправилась открывать дверь, когда заслышала звонок. Повернула ключ в замочной скважине, открыла уже и только тогда вспомнила, что я не у себя дома, да и вообще, мало ли, кто это может быть…

Что ж, на пороге стояла какая-то совершенно незнакомая мне пожилая, но ухоженная женщина. Мой, скорее всего, невероятно развратный по её мнению вид привел её в ужас. И женщина, поморгав немного, высоким истеричным голосом поинтересовалась: