— Ты слышала песню? «Скачут и трахаются»? Конечно слышала. Я видел, как ты отплясывала. Эта песня — самый настоящий гимн моей семьи. Двести лет назад на свете жил гангстер — Патлатый Билли. Как-то он устроил заварушку в городке возле границы. Выкрал содержимое сейфа в местном банке. И до кучи — похитил сердце дочери мэра. Вот о чём эта песня. Только на деле всё было не так. Шерифы и наёмные громилы гнались за любовниками до самой границы. Шли за ними след в след. Знаешь, кого они догнали? Мексиканского пацана на лошади Патлатого Билла. С ещё одной лошадкой на привязи. Он рассказал, что гринго заплатил ему за перегон краденых лошадей.

— Это не выдумка? И где же любовники из песни?!

— Билли всех обманул. Сукин сын даже не собирался в Мексику. Он сбрил бороду, постригся, причесался, вырядился коммивояжёром — и уехал на поезде. Вместе с Энн Бейкер. Так её звали. Через неделю любовники оказались в этом городе. Прямо с вокзала они отправились сюда, в эту самую церковь. И поженились. Придумали себе новую фамилию. В церковной книге записано — Энни и Билли, чета Петерсонов. Здесь, в этом храме, Петерсоны появились из ниоткуда. Гангстер, красотка, и саквояж с украденными долларами — вот история моей семьи.

Это уже слишком!

К поцелуям у алтаря добавляется чертовски романтическая история, перегревая и без того перегретое сердце агента Смит!

Только последний болван может не заметить, что реактор достиг критической точки. И этот болван здесь, рядом, на этой самой скамье. Всего досаднее, он говорит совсем не те слова, которые Кэт желает услышать.

— Я такой же лжец. Такой же мудак, как и все Петерсоны. Только глупее. Их ложь всегда приносила дивиденды — я же просто сраный лжец.

— Да забудь ты о мистере Бенджамине. Да, не получилось. Да, старик всё знал. И что с того? Жизнь продолжается.

— Ты не понимаешь. Я не об этом. Полгода назад я написал заявление. Еще неделя — и расквитаюсь с Бюро. Мне надоело слушать, как отцы болтают с детьми. Надоело смотреть, как люди жрут хлопья, срут и трахаются.

— Господи, Никки! Кто болтает и трахается? О чем ты?

— Знаешь о проекте «Бехолдер»? У тебя есть допуск? Мы создали искусственный интеллект для оценки потенциальных угроз. Звучит как хорошая затея. А на деле — это система тотального наблюдения. Без ордера. Без санкции прокурора. Мы везде. Телевизоры, приставки, дроны, ноутбуки, смартфоны, системы навигации. Даже видеокамеры личных автомобилей. Даже сигнализация в загородных домах.

Ник выуживает из кармана мобильник, и, в доказательство своих слов, стучит пальцем по камере.

— Мы подтёрли задницу Конституцией! Мы лезем в частную жизнь граждан! Мы плюём на права и свободы! Всё, что старый мудак говорит о федеральном правительстве — чистая правда! Я наконец-то решился уйти. С меня хватит, понимаешь? При этом, вру Бенджамину о служении Америке. Вру тебе, что всё ещё в команде. Я хочу вернуться домой. Прожить свой век в Оклахоме. В задницу! В задницу всё это! Вставай, поехали с чёртовой вечерники!

***

В другое время агент Смит почувствовала бы сожаление — коллега спёкся.

Увы, не каждый способен быть щитом и мечом Америки.

Не каждый способен отдать всего себя во имя великой страны.

Но сейчас, в этот самый момент — Кэт слышит громкий треск! Гранитная скрижаль с надписью «никаких шашней с федералами» взрывается, раскалывается на тысячу осколков, обращается в прах и пепел!

С этим парнем не придётся встречаться взглядами на проходной! Конечно, Никки засранец — но не из тех засранцев, что оставшуюся неделю буду бегать по главному офису и трубить о своих подвигах!

Ей нет дела до зловещих правительственных планов. Проблемы Ника с собственной совестью интересуют агента Смит ещё меньше. Ведь этот вечер пенится от любви! Этот храм пропитан любовью! Любовь лезет в ноздри и ворует дыхание! Наковальня любви полыхает ярким пламенем, а молот бьет в самое сердце! Небеса разверзлись! Мир погрузился в розовый пар! Человек слаб — и на свете нет способа противиться этим волшебным эманациям!

В окно церкви заглядывает Дьявол. Ехидно хихикает. И переключается на другие проекты.

Заботы можно оставить на голозадого купидона.

Эрос справляется без посторонней помощи.

Агентом Смит овладевает одно лишь желание — скакать и трахаться!

Однако, эту мысль ещё предстоит донести. Ведь нельзя просто-напросто стянуть с джентльмена брюки. На помощь приходит сын Франции. Кэт вспоминает рассказ мэтра Жака о настоящих аристократах и их забавах. Она смотрит коллеге прямо в глаза. И задаёт главный вопрос вечера.