Да, рыцари смерти являли собой пример высшей нежити, обладавшей разумом и способной к членораздельной речи, все так. Вот только свобода воли у них отсутствовала, а потому, в случае гибели всех офицеров, имевших право отдавать приказы, эти сильнейшие существа превращались в бесполезных кукол, способных выполнять лишь ограниченное количество команд, вложенных в них некромантом.

— Кто-то постарался сделать так, чтобы столичные отряды задержались на востоке как можно дольше, — прошептал он.

— Ага, — хмуро кивнул Кштиритион.

— Получилось ли связаться с владыкой? У наместника должен был быть один из трофейных тириомалей.

— Он был. Жаль только, что наместника нашли в собственных покоях с перерезанным горлом, а его тириомаль куда-то пропал. Кстати, помимо наместника и офицеров погибли два десятка купцов и дворян.

Китарион грязно выругался.

— Вот и я того же мнения обо всем происходящем.

— И что, как ты думаешь, происходит?

Некромант нахмурился, став даже мрачнее, чем обычно.

— Из Черной Цитадели идут странные слухи. Вроде бы, на владыку совершено еще одно покушение. Говорят, тот заперся в своих покоях и ничего не предпринимает. Столица бурлит, а патрули усилены новоприбывшими легионами маршала Иритиона. Но это все — сведения недельной давности. Что там творится сейчас, не знает, наверное, никто, кроме непосредственных участников. Понимаешь?

Китарион понимал, именно поэтому он, превозмогая слабость, сел на кровати и потребовал:

— Пусть мне принесут одежду. Сегодня же мы отправляемся на запад.

Кштиритион лишь скептически ухмыльнулся.

— Вот уж не думаю. Никуда ты отсюда не выйдешь.

— Тогда бери оставшихся воинов и иди сам!

Некромант посмотрел на него, как на умалишенного.

— Ты серьезно думаешь, что мы успеем? Пешком?

Кольценосец заскрипел зубами в бессильной ярости.

— Тогда что ты предлагаешь?

— А ты еще не понял? Отдыхать, набираться сил, и ждать вестей о триумфе владыки. Это все, что нам остается.

Шахрион со стоном открыл глаза и огляделся. Темно, хоть глаз выколи. Где-то позади мерно капает вода.

Кап-кап-кап…

Тихо, умиротворяюще…

«Так, стоп»! — император резко сел и с удивлением коснулся головы. Та не болела.

Совсем.

Шахрион сглотнул и попытался вызвать огонек, и, о чудо, сила с легкостью отозвалась, затопив помещение неярким теплым светом.

Теперь получилось оглядеться, хотя, говоря начистоту, смотреть было особо и не на что: небольшая комната с саркофагом в центре и каменной дверью, прорубленной в стене.

Император сперва решил проверить дверь: потыкал ее, пнул, попытался дотянуться магией — безрезультатно. Как он и предполагал, та не поддавалась, а когда ее коснулись чары, на камнях проступили древние магические символы, которые в Империи Тьмы не использовали, наверное, лет пятьсот.

— Понятно, — проворчал он, в очередной раз поразившись легкости, затопившей сознание. Легкости, от которой хотелось петь и плясать.

«Только ощутив невыносимое страдание можно понять всю радость простых вещей», — подумал император. — «Интересно, а где Тень»?

Спутницы, которая — Шахрион был уверен — перед самым попаданием сюда взяла его тело под полный и окончательный контроль, ну, или оказалась в каком-то мгновении от этого. Он ощущал ее присутствия, будто находился в одном из видений. Правда, в последнее время даже там не удавалось скрыться от непрерывной головной боли.

«Ладно, неважно, перейдем к главному».

Император подошел к саркофагу.

Обычный гроб, без украшений, барельефов или надписей. Просто грубо обтесанный камень и тяжелая крышка сверху. Ничего больше.

Шахрион склонился над гробом и попытался сдвинуть крышку при помощи магии. Безрезультатно.

Вздохнув, император упер руки в шероховатую плиту и, напрягшись, толкнул от себя.

С душераздирающим скрипом та подалась и Черный Властелин, ободренный этим успехом, повторил свое усилие. Затем — еще раз и еще. Каждый раз крышка чуть-чуть сдвигалась назад, и каждый раз черная щель, мрак которой не разгонял даже свет магического фонаря, становилась все шире и шире.