Шрифт:
– Конечно, я тяну из них деньги – не отрицаю. Но скорее по приколу и в меру, и это для них стимул, чтоб больше зарабатывать… Да они по-другому и не поймут ничего… можно подумать, Кристинка будет что-то другое делать.
– Они прям так все и сбегут к ней?
– Не знаю…
– Я, кстати, выяснила с Кристинкой. Встретилась, начала катить на нее… она была с Витьком… Ну, поговорили, да…
Марина собиралась продолжить…
– Поговорила, ыгы… – произнес Гамсонов, поджав губы, и закивал головой.
Марина поглядела на него, не понимая.
– Что такое? В смысле? Ты о чем?
Денис выдержал паузу. Но потом осторожно, иронически сказал:
– Я слышал.
– Ты слышал?
– Да.
– То есть как это? Как ты мог слышать?
Гамсонов повернул голову. И спросил чисто риторически: разве это не Кристина орала на весь двор?
Марина смотрела недоуменно.
Денис рассказал о криках во дворе, которые услышал в окно.
– Это не могла быть Кристинка. Мы просто поговорили. И это было у нее во дворе… Ну на повышенных тонах, да… но поговорили. Разобрались. Но она не орала. Ну… почти. Да, я собиралась навешать ей, это правда, но Витек… он отпор мне дал конкретный.
Гамсонов, между тем, опять вспомнил эти крики:
– Блин, это было вооще… Ты б слышала их. Будто кого-то на части резали…
– Это был кто-то еще, Денис. Я тебе отвечаю.
– И там про Витька чё-то было, да, – кивал Гамсонов. – Ну я высунулся… но я не увидел никого.
– И когда ты услышал, сразу обо мне подумал?
– Не, ну то, что не ты кричала, было понятно. Но…
– Что это имеет отношение ко мне? Почему? – у нее промелькнула хитрющая улыбка – но тут же Марина прекратила улыбаться.
– Ну… – Гамсонов пожал плечами.
– Я ничего не сделала Кристинке… она кричала, но чтоб так, как ты описываешь… я не могла бы так вывести ее из себя… Это совпадение, – опять заверила Марина.
В результате она будто бы убедила его. Но все же у Дениса осталось чувство… Ему не верилось до конца? Нет, он вроде бы поверил, но…
Еще почему-то тотчас появилась у него мысль… о необычных ощущениях этого города.
– Я теперь, наверное, расстанусь с Витьком… Пусть делает, что хочет. Мне уж все равно. Видимо, придется отдать его.
Они вышли на проспект, и отсюда, вдалеке между рядами побуревших кленов была видна площадка со съехавшимся десятком мотоциклов. Они так массивно и обтекаемо сияли – весь свет зажженных уличных фонарей словно перевернулся и канул в них серебром. И рисованные пламенеющие языки, красные и оранжевые, на бензобаках и оставленных шлемах… в тон бурым полукружиям погасшей кленовой листвы.
– Красиво смотреть на мотики в ночи… Правда?..
Гамсонов в ответ только зевнул.
– Романтику будешь в своих «котиках» вызывать… ну коли у вас все-таки л-лубовь.
Марина пропустила его шутку мимо ушей. Прибавила задумчиво:
– Там как всегда все напьются, будут орать и врубать песни… Целую ночь. Вот так.
– Все правильно, – Гамсонов поднял вверх указательный палец. – Скорее, твоих котят надо этим привлекать – забыл… Там, кстати, что-то вообще нет никого.
И действительно мотоциклы выглядели радостными, серебряно-свежими, но… оставленными. Будто давно к ним никто не подходил. И это впечатление легко уловимое, но… все же трудно понять, из чего оно складывалось.
На проспекте ни одного человека.
– Да там они, – сказала Марина. – Просто, наверное, за выпивкой намылились… Я пойду, потусуюсь, пожалуй, – решила она. – Это окончательно расслабит меня… Может, пойдешь со мной? Не хочешь?
Гамсонов уверенно помотал головой.
– Ну ладно, хорошо. Спасибо, что выслушал.
Часть II
Глава 10
– О, Денис, это ты… – Костя Левашов удивился, потому что Гамсонов почти никогда не звонил ему сам. Только если перезванивал после его звонка.
– Давай, рассказывай, откуда у тебя такое… чувство грядущ-щего, – дружелюбно заговорил Гамсонов в телефонную трубку. – На романах и рассказах, видать, развил?
– Денис, ты о чем?.. А, о футболе… – догадался Костя. – Ну да, я слышал, что вроде совпало там кое-что.
– Кое-что? Все совпало!
– Да? Ну вот видишь…
– Вижу, вижу… – охотно продолжал Гамсонов.
– И что, я много выиграл бы?
– Да блин, если б ты просто по мелочи поставил на каждый матч, ты б там тыщу выиграл, не меньше.