Она прочла очень быстро и все поняла. Ее вопросы были по существу. Она повторила одно имя и склонила набок гладко причесанную темную голову. Ее волосы напоминали блестящий шелк. Они были стянуты в тяжелый узел на затылке. Должно быть, очень длинные, если вытащить шпильки. Она улыбнулась, обнаружив имя известного американского сенатора среди клиентов проститутки с очень своеобразными садомазохистскими наклонностями.

– Один из столпов церкви, – согласился О'Халлорен. – Я никогда не доверял этому мерзавцу с его вечным елейным тявканьем.

Клара закрыла папку.

– Надеюсь, родные постараются изъять его имя из списка клиентов этой дамочки. Мы еще ничего не предприняли?

– Я пустил пару пробных шаров. Но все не так просто. Они играют грубо, и у них есть друзья, которые могут играть еще грубее.

– Знаю, – сказала Клара. – Но когда им станет известно, что у нас наготове копии, которые мы разошлем во все газеты в разных штатах, они заткнутся. Ну перехватят одну-две, но ведь не полдюжины. Уж мы постараемся. По последним подсчетам, его папаша стоит около восьмидесяти миллионов долларов.

Напитки были принесены и выпиты, и он сказал:

– Ну что, миссис Фалькони, поговорим о другом деле?

– Сальвиатти, – поправила она. – Если вы не можете запомнить мою дурацкую фамилию, называйте меня просто Кларой.

– Хорошо. – Он был удивлен. – Хорошо, Клара. Спасибо.

– Нам о многом нужно поговорить, – сказала она. – Вам следует остаться на обед. Я не хочу спешки. И вы мне понадобитесь, Майк. Надеюсь, вы не торопитесь домой?

Он помолчал.

– Пока нет, – сказал он. – Я же не знал, чего вы хотите.

Он ощущал уже знакомое чувство; включилась давнишняя система предупреждения – как в те времена, когда Клара только предложила ему работать на нее. Он выключил ее.

– Не могу понять, – сказал он, – как кто-то мог тебя бросить. – Волосы у нее оказались именно такими длинными, как он и представлял. Он укутал ее ими, прикрыв обе груди, и обвел пальцем ее живот.

Слишком худа, но тело ее гибко как хлыст. Она откинулась на подушки, заложив руки за голову. Он наклонился над ней, поглаживая ее. Она вздохнула и выгнулась навстречу его ищущим рукам.

Ему никогда не приходилось встречать такой волнующей женщины, а уж в бабах он знал толк с отрочества. Быстрота и интенсивность соития вызывала в мыслях образы животных. Что-то сильное и гибкое внезапно оказалось в его власти, и он был поражен. Удовлетворяя ее, он казался себе великаном.

Она притянула его к себе и закрыла глаза. Конечно, это не Бруно. И не Стивен. Но он тоже хорош: казалось, он угадывает ее желания без слов. Как мужчина он имел свой характер, и этот характер ей нравился. К тому же он был необходим ей. Она не хотела одиночества. Слишком многое подстерегало ее в тишине; она купалась в новом удовольствии, которое он давал ей, тонула в своих ощущениях, хотела еще и еще... Сегодня в ее сновидениях не будет Бруно, не будет кошмарной струйки крови, стекающей по ступеням от мертвого тела ее отца, грозящей запачкать ее.

Он был сентиментален: ему хотелось подержать ее в объятиях, рассказать ей, как с ней было хорошо. Сначала я купила его за деньги, думала Клара. Теперь он действительно мой. И в промежутке она спросила:

– Ты поможешь мне, Майк? Ты так нужен мне. Не хотела в этом признаваться, но это правда...

Он обещал; ему было все равно, чего она потребует от него.

– Мы хорошая пара, – сказала она. – Я хочу, чтобы ты бросил свою занюханную гостиницу и перебрался ко мне. Он не стал спорить. Предложение ему понравилось. На следующий день он переселился в «Криллон». Когда Клара велела ему отправиться на юг и точно узнать, где живет Стивен Фалькони с семьей, он не стал медлить, забыв послать телеграмму жене. Кларе пришлось напомнить ему об этом.

О'Халлорен и Клара разговаривали по телефону. Он обнаружил казино. Он побывал там, где, по его расчетам, находилась вилла Фалькони, но не стал наводить прямых справок. Когда ему возвращаться в Париж? Она заметила, что он ни словом не обмолвился о возвращении домой, в Штаты.

– Пока не надо, – сказала она. – Оставайся там, попробуй что-нибудь выведать. У меня здесь дела. Когда вернешься. Майк, походим по городу.

– Ты знаешь, куда мне хочется, – сказал он. – Мне трудно общаться с тобой только по телефону.

Она хрипловато засмеялась.

– Ну, смотри, не растеряй свой пыл. Я скоро съеду отсюда. Я тебе позвоню.

Она повесила трубку и перестала думать о нем. Сегодня утром она поедет на улицу Константин, посмотрит, как ее квартира. Это будет испытание ее выдержки и решимости – когда она придет туда, оживут все ее бесплодные надежды первых лет жизни со Стивеном.

– С ней ничего не случится, папа?

Стивен ждал, пока Чарли вернется из комнаты Анжелы. Он оставил их горевать вдвоем.