Викензо не вернулся домой к ужину, так что они с Вивианой ели вдвоем. Бьянка решила воспользоваться случаем и расспросить ее о Марии.

— Виви, ты можешь рассказать мне что-нибудь о первой жене Викензо? — спросила она, подождав, пока воодушевленная девушка закончит рассказывать о вечеринке по случаю дня рождения своей кузины со стороны матери, которую брат разрешил ей посетить.

Ее вопрос вызвал недоумение на выразительном личике Виви.

— О Марии? А что ты хочешь знать? Или… — она лукаво улыбнулась. — Ревнуешь? Не думай об этом лучше. Энзо любил ее, конечно, но она умерла давным-давно.

— Я не ревную, мне просто любопытно, — возразила Бьянка.

Вивиана отложила приборы в сторону и испытующе посмотрела на нее, становясь серьезной.

— Я была маленькой тогда, — сказала она. — Но я очень хорошо ее помню. На самом деле, Мария была, пожалуй, самой близкой к званию матери женщиной, которая была в моей жизни. С тех пор, как она переехала в наш дом, я и забыла, что значит быть на попечении няни. Мария заботилась обо мне. Она обо всех заботилась. Даже мой отец, а он был не самым приятным человеком, относился к ней вроде как… мягче. Ее смерть стала ударом не только для Энзо, но и для всех нас.

Бьянка почувствовала грусть при мысли об этой бедной девушке, так рано ушедшей из жизни. Она действительно не ревновала к ней, хотя и испытывала эти чувства по отношению к Андреа до знакомства с ней, или к любой потенциальной девушке, которая могла понравиться ее мужу. Мария же, судя по словам тех, кто ее знал, была хорошим человеком с несчастной судьбой и Бьянка просто не могла думать о ней плохо.

— Не делай такое лицо! — испуганно воскликнула Вивиана, неправильно расценив ее эмоции. — Энзо любит тебя, я это точно знаю! Первая любовь — не всегда единственная. Тебе не нужно переживать о том, что он еще не забыл Марию.

Забота Виви о ее чувствах так тронула ее, что Бьянка не сдержалась и, встав со своего места, порывисто обняла обеспокоенную девушку.

— Виви, я люблю тебя!

Вивиана растерянно застыла в ее объятиях.

— С тобой все в порядке? — неуверенно спросила она.

— Конечно, все в порядке! Разве я похожа на глупую истеричку? Я совсем не ревную Викензо к его бывшей жене. Спасибо, что заботишься о моих чувствах, но мой вопрос был вызван простым любопытством. Я рада, что она была хорошим человеком и что она любила вас.

Бьянка поняла, что спрашивать девушку о смерти Марии будет неправильно. Она отпустила ее и села обратно на свое место.

— Я просто подумала, что беременность могла повлиять на твои гормоны и пробудить зеленого монстра, — виновато сказала Виви.

Бьянка рассмеялась от этой мысли.

— Ладно, иногда во мне просыпается истеричка, — призналась она. — Но это происходит редко. А зеленого монстра разбудит, разве что, какая-нибудь живая красотка, вешающаяся на твоего брата.

— Кто вешается на Викензо? — спросил Тео, заходя в столовую. — Неужели, я не ослышался?

Он присоединился к ним за столом, а Виви отмахнулась от вопросов, как о не касающихся его, девчачьих разговорах, что принесло Бьянке облегчение. Она не хотела, чтобы Тео понял ее сомнения, а ведь он был куда проницательнее своей сестры.

С течением времени, Бьянка начала понимать, почему Викензо хотел, чтобы она держалась подальше от его брата. Теперь она и сама замечала, что Тео часто говорит то, что ты хочешь от него услышать, и редко выдает свои мысли, искусно переводя любой разговор в ту сторону, что ему выгодна. Она не понимала причину этих манипуляций, но не могла доверять ему больше. К счастью, Викензо всегда был с ней откровенен, просто не отвечая, когда не хотел говорить правду. Он действительно никогда не лгал и сегодня, она хотела добиться ответа на вопрос, мучающий ее больше всего. Бьянка очень надеялась, что он ответит ей.

Викензо поручил паре своих людей, которые умели держать язык за зубами, просмотреть записи с камер видеонаблюдения в его домах на Манхэттене и в Хэмптонс с начала года. Запись с его нападением на Бьянку давно была уничтожена, но когда Тони обнаружил прореху в записях за тот день и сообщил ему, Викензо ощутил удовлетворение, потому что видео было смонтировано так, словно удаленного участка и не должно было быть. Тем не менее, раз Тони понял, что все не так просто с тем видео, значит, он действительно хорошо выполнял свою работу. Викензо остался доволен звонком от него и, объяснив, что сам приложил руку к удалению ненужной информации, отправился к Терехову. Однако, когда он возвращался домой, Тони позвонил снова.

— Дон, в тот день Джино Марино был в Вашем доме, — сразу, как он и предпочитал, приступил к делу Тони. — Он действовал из слепой зоны, но в зеркале есть четкое отражение. Марино что-то подмешал в скотч, который вы выпили позднее. Полагаю, раз дальнейшая запись обрывается, Вы уже в курсе, но я решил, что лучше рассказать о своей находке.

Викензо не был в курсе. Он впервые об этом слышал, а ведь глава его безопасности уже просматривал эти записи ранее.

— Перешли мне видео, — приказал он и в ярости бросил трубку.