— В чем дело?

Бьянка покраснела.

— Ни в чем, — неуверенно ответила она. — Я просто хотела сказать, что ценю то, что Вы сделали сегодня и… Я думала о том, что действительно не знаю Вас, пока была в душе, поэтому… Думаю, наши отношения могли бы стать лучше, если мы узнаем друг друга поближе.

Она явно нервничала, а последнее предложение вообще проговорила скороговоркой, но ее слова, как только их смысл дошел до его мозга, мигом подняли настроение Викензо. Бьянка сделала шаг вперед. Сама, без принуждения и шантажа. Мужчина едва сдержал ликование.

— Я имею в виду, из-за ребенка, — быстро добавила она, сразу же гася все его воодушевление. — Мы ведь будем его родителями и если будем всегда так агрессивны друг с другом, это будет на него влиять.

Ребенок! Конечно, все это делалось из-за него. И она была права, они не могли всю жизнь провести, ведя себя, как жертва и охотник. А его разочарование по поводу ее мотивации не имело никакого оправдания, поэтому он приказал себе прийти в себя и перестать быть таким говнюком.

— Отлично, — почти нормальным голосом сказал он. — Что бы ты хотела знать обо мне, Бьянка?

Она встретилась с его взглядом, своим, и он сразу понял, что этот разговор будет нелегким для него.

— Вы когда-нибудь убивали невиновного человека?

Бинго! И он был прав.

Викензо отложил свой телефон в сторону, полностью сосредотачиваясь на ней.

— Вижу, ты решила сходу выложить все карты на стол. Ответ на ответ, Бьянка. Ты готова дать мне правду, взамен на мою?

Она даже не подумала, прежде чем ответить. Словно не сомневалась в своей непогрешимости.

— Конечно.

— Прекрасно, — усмехнулся он, устраиваясь поудобнее на подушке. — Как ты знаешь, убивать мне приходилось, но невиновных — нет, я не убивал. Я не получаю удовольствия от убийства, хотя признаюсь, такие люди в наших рядах есть. И нет, я не одобряю бессмысленных жертв.

— Я не собиралась…

— Собиралась, — возразил он. — Насколько я успел тебя изучить, ты стремишься позаботиться о спасении всех кругом, но это, знаешь ли, не твоя ответственность. Люди в ответе лишь за себя самих. Их ошибки — их расплата. Теперь, твой вопрос: ты когда-нибудь кончала с мужчиной?

Ее глаза расширились до невообразимых размеров от шока, а щеки неистово покраснели.

— Нет! — вскрикнула она. — Что это за вопрос?

— Я тебя предупреждал. Заметь, ты тоже была не очень деликатна в своем любопытстве.

Бьянка уставилась куда-то в район его шеи, смущенно умолкнув и прикусив нижнюю губу. Так чертовски соблазнительно! Смущать ее стало одним из его любимых занятий благодаря этой завлекающей реакции.

— Твоя очередь, милая, — напомнил он ей с весельем в голосе.

Бьянка поджала губы и посмотрела на него с вызовом.

— Как умерла Ваша первая жена?

Викензо ждал этого вопроса, но все равно не был готов к ответу. В горле образовалась желчь, когда он понял, что сейчас все испортит, но мужчина не мог сделать иной выбор.

— Этого никто никогда не узнает, — бесстрастно сказал он, встречая ее взгляд. — Я не убивал ее — это все, что важно.

Бьянка смотрела, словно хотела понять, не обманывает ли он ее, и, в конце концов, коротко кивнула.

— Тогда штрафной вопрос, — делая вид, что этого напряжения между ними не было, заявила она. — Вы действительно не осознавали, что делали, когда… напали на меня?

Это был куда более легкий вопрос.

— Нет, — ответил он с облегчением. — Я даже не помню тот вечер, Бьянка.

На секунду ему показалось, что что-то в ней смягчилось, но она слишком быстро спрятала глаза, словно все еще смущаясь. Теперь его очередь…

— Что ты чувствуешь, когда я прикасаюсь к тебе так? — спросил он, не устояв перед искушением провести пальцем по ее влажным губам.

Девушка затаила дыхание, но не отпрянула, как обычно.

— Я не знаю, — растерянно ответила она, касаясь губами его пальца при каждом слове, но Викензо не спешил его убирать, пользуясь случаем. — Вначале, прикосновения только приводили меня в ужас, но теперь… происходит кое-что еще.

— Что? — хрипло спросил он, едва сдерживая возбуждение.

— Моя очередь спрашивать, — отстранилась она.

О нет, не сейчас.

— Ответь мне Бьянка! — потребовал Викензо, нависая над ней сверху.