— Эльфы не злы по природе, — сказала Леди. — Они, как и мы, следуют за своей судьбой, подчиняются ей. Что предначертано, то и будет…

— Потому я и думаю о своем предназначении. Ты знаешь, в чем оно заключается: найти Недруга и уничтожить его. Но теперь-то он известен, этот мой таинственный враг, — Красный Адепт.

Леди согласно кивнула хорошенькой головкой. Как всегда, она была одета в голубое и как всегда — неотразима. Они сидели в небольшой башенке Голубого Замка.

За время отсутствия Стайла оборотни Керрелгирла сдержали слово и присматривали за Голубыми Владениями. Никаких происшествий не случилось.

— Мне известно, что значит для тебя выполнить долг, — сказала Леди, — и я хочу увидеть, как будет отомщен мой господин, но все равно мне не нравится это… Месть Красному Адепту будет стоить больше, чем ты думаешь.

— Я надеюсь, что прошлая сцена не повторится, — с трудом выговорил Стайл. — Как ты знаешь, мне очень хочется заслужить твою благосклонность, но я не могу…

Леди прервала его:

— Представь себе, что сейчас произойдет сцена, но… она не будет похожа на ту, что произошла между нами в прошлый раз. Мне стыдно, что я проверяла тебя, да еще таким недостойным образом. Я… я хочу сказать тебе, что я обманула тебя!..

— Как?! Мой враг — не Красный Адепт? — вскочил с места Стайл, внезапно затосковав.

— Забудь хоть на миг про своего Красного Адепта! — рассердилась Леди. — Дело касается нас с тобой.

Стайл сел.

— Если я невольно обидел тебя, Леди, то прости. Здесь, на Фазе, существуют условности, к которым я никак не могу привыкнуть. Многого я еще не знаю…

— О нет, не извиняйся передо мной! — вскричала Леди. — Это я должна извиниться, что обманывала тебя!

Стайл изумленно покачал головой.

— Как тебя понимать? Ты не способна на обман, Леди!

— Послушай, — ее глаза вспыхнули голубым заревом, осветив стены замка и занавески на окнах. — Послушай меня… Я… я должна сказать… — она перевела дыхание. — Я никогда не лгала, то есть не лгала до тех пор, пока не появился ты…

Стайл не спускал с нее удивленного взгляда.

— Ты мне лгала? Но я не переношу лжи. В этом я зеркально похож на бывшего владельца Голубого Замка. А почему ты должна лгать мне? Какой повод я подал тебе для этого, в чем причина?

Очевидно, Леди испытывала затруднение, подыскивая слова.

— Потому что… потому что я вначале солгала сама себе… — прошептала она, — я отрицала то, чего не хотела, чтобы оно было…

Слезы выступили у нее на глазах.

Стайлу захотелось успокоить, обнять ее, но он продолжал держаться поодаль. Леди не принадлежала ему, и он не имел права ее обнимать, как бы ни хотелось. И тут на ум пришло его недавнее нежелание признать в Клефе Предопределенного, и он понял, что, подобно ему, Леди тоже уклоняется от каких-то открытий. Видимо, все же это была не та ложь, которую невозможно простить.

— Леди, я хочу знать: в чем заключается твой обман?

Когда-то одна женщина солгала Стайлу скорее из жалости, чем из корысти. Это стоило ему сердечного — приступа, и он круто переменил свою жизнь. Теперь, оглядываясь назад, он не винил ее, потому что переживания дали толчок к тонкому пониманию музыки. Но Леди значит для него гораздо больше, чем значила та девочка-рабыня. Ложь Леди может стать страшным для него ударом, ибо по пустякам Леди врать не будет.

Она пристально смотрела ему в лицо, красная от стыда.

— Когда я сказала… когда я говорила тебе… — она не могла продолжать.

Сейчас Стайлу вспомнилось, как Шина впервые сказала ему, что она — робот. Он вынудил ее к признанию, а потом горько пожалел. Переживания, связанные с этим открытием, привели его в мир Фазы, сотворили другое феноменальное изменение в его жизни. Что же… Получается, что переломные моменты в судьбе Стайла связаны с разоблачением женской лжи?

— Ты так похож-на моего господина… — вдруг разрыдалась Леди. Она спрятала лицо в ладонях, ее плечи содрогались от рыданий.

Стайл угрюмо улыбнулся.

— Ну что ты, Леди! Никакого сравнения. — Он подумал о том, насколько похожа Леди на ту, с Протона. Удалось ли Васильку спастись? Василек — вечный укор его совести. Если Василек жива, он не осмелится предстать перед той, что попала в ловушку, расставленную для него.

— Когда я сказала, что не люблю тебя, я… я…

Стайл почувствовал себя как в тот момент, когда был объявлен победителем в музыкальном дуэте. Может, он ослышался?

— Ты любишь своего покойного господина, хозяина Голубого Замка, чью внешность я ношу? Это я понимал всегда.