Бэрронс упал на колени, прикрывая лицо рукой. Его омыла волна оранжевого света, а сила взрывной волны опрокинула навзничь, растрепывая волосы. Осколки стекла и мусора изрешетили рукав Лео, и воздух наполнился ароматом крови — а потом ветер внезапно пропал, и лишь отблески пламени, танцующие на суровом лице Бэрронса, напоминали о произошедшем.

У Мины звенело в ушах. Она неверным шагом приблизилась к Лео, схватила его за руку и прокричала:

— Ты в порядке?

Мрачно кивнув, он посмотрел на разверзшийся перед ними хаос. Кровь стекала по лицу Бэрронса, сочась из рассеченной брови. Мина осторожно коснулась ранки, но Лео поднял глаза и отмахнулся от ее руки.

Взрыв снес половину улицы и несколько домов. Если бы Мина постаралась, то различила бы сквозь звон в ушах испуганные крики. Дюжины женщин и детей высыпали из Логова и теперь глазели на зияющую яму.

— Что-то ты промахнулась в своих расчетах, — одними губами сказал Мине Бэрронс.

— Я тебе не ученый, — огрызнулась она и тут уловила краем глаза какое-то движение: человек бежал по крыше дома напротив. Мина указала на него; Бэрронс снова вскинул пистолет, прицелился и выстрелил.

Оператор сорвался с крыши, и тело с такой силой грохнулось на землю, что Мина почти услышала звук удара.

***

Из мрачной тьмы улиц материализовались тени. Блейд с топотом подбежал ближе. Лицо его искажал ужас, руки были сжаты в кулаки. Он увидел целое и невредимое Логово и даже пошатнулся от облегчения. Черные глаза оценили нанесенный бомбой урон. Мина маячила позади Бэрронса, прижимаясь к нему плечом.

— Все целы. Мы с герцогиней как раз патрулировали окрестности, когда наткнулись на операторов. — Мужчины обменялись рукопожатиями, и плечи Блейда наконец расслабились. Мина не сводила с Бэрронса глаз. Почему он солгал? Лео ответил на ее взгляд и с невозмутимым видом отвернулся. Затем принялся расписывать, как все произошло — правда, опуская некоторые детали, например, как именно Мина пришла на помощь.

— Я уж думал, Онор… — Блейд не смог договорить фразу.

— Этого и выжидал Мориоч. — Грохот артиллерии попритих, и Бэрронс глянул в сторону стены. — Похоже, враги решили временно отступить.

— Ублюдок. — Страх уступил место почти животной ярости, Блейда буквально перекосило. — Гребаный трус. — Он выхватил из-за пояса один из своих любимых кинжалов, что предпочитал носить без ножен. — Клянусь, если он тронет мою жену, я верну должок…

— Не об этом тебе сейчас надо волноваться, — вмешалась Мина, и все — в том числе и Бэрронс — дружно обратили внимание на нее. — Я узнала того, кто помогал двоим операторам в попытке подорвать Логово. Это один из твоих людей.

Тут и Бэрронса осенило, и он выругался.

— Хенли. До сих пор я не задумывался над этим, но Мина права. Он тогда попытался ее убить.

Выражение лица Блейда стало еще мрачнее — если это вообще было возможно.

— Где он?

— Отправился к праотцам, — ответил Бэрронс. — Я ему помог.

— Иными словами, Мориоч знает все сильные и слабые места в твоей обороне, — продолжила Мина.

— Он явно рассчитывал, что Хенли сотоварищи уничтожат Логово и тем самым нанесут удар в самое сердце трущоб. Случись так, — развил мысль Бэрронс, — мы бы дрогнули, а он обрушил бы на стену все силы.

— Нельзя рассчитывать, что Хенли — единственный шпион, проникший в ваши ряды, — подхватила Мина. — С чего вдруг герцог так резко свернул наступление? Ему явно доложили, что затея сорвалась.

Блейд в ярости раздул ноздри.

— Бэрронс, оставайся здесь на страже, вдруг еще кого принесет. Я поставлю на воротах Дровосека, но ты сам притаись внутри, где тебя никто не увидит. Приведите себя в порядок. Я проведаю Онор, а затем… Затем прослежу, чтобы ублюдок в жизни не забыл, какую фатальную ошибку допустил на этой войне, — договорил он шелковым голосом.

Мину невольно пробрала дрожь от его тона.

***

Лео проводил герцогиню в прежнюю комнату. Там словно ураган прошел.

— Это ты здесь все перевернул? — спросила Мина, пытаясь выпутаться из одолженного пальто. Рука застряла в рукаве, а пальцы правой ладони так сильно обожгло, что воспользоваться ими не представлялось возможным. Новая розоватая кожа болезненно натягивалась, и Мина старалась не думать, как сейчас выглядит пострадавшая конечность. Вирус жажды латал поврежденную плоть, и три из пяти пальцев онемели.

— Я пытался выяснить, что ты прихватила с собой. — Ладонь легла на руку Мины и сжала — впрочем, лишь намекая на истинную силу Бэрронса. — Не вертись.

Лжец. Комнату практически разгромили. То, что от нее осталось, красноречиво говорило о безрассудстве и ярости — качествах, которые Лео так редко демонстрировал на публике. Вспышка натуры на миг проглянула сквозь его извечную бесстрастную маску.

Но что вызвало подобный всплеск? Исчезновение Мины? Или что-то иное?

Бэрронс осторожно снял с герцогини пальто, а затем развернул лицом к себе. Он упорно делал вид, что не имеет отношения к царящему вокруг хаосу. Лицо его было перепачкано пеплом и грязью, волосы встали торчком, покрытую щетиной челюсть слегка портил слабый след ожога. Казалось, вонь гари буквально пропитала доспех Бэрронса, обжигая чувствительное обоняние Мины, но за дымом угадывался аромат лавровишневой воды и накрахмаленного белья — запахи, что у нее бессознательно связывались с Лео.