— Ласкала, верно? — Еще одно неспешное движение.

Мина задержала дыхание, поднимая бедра все выше, выше…

Бэрронс прикусил ее мочку.

— А думала обо мне при этом?

Больше она выдержать уже не смогла. Мина содрогнулась всем телом, забилась, царапая плечи любовника. Но только первая волна оргазма начала отступать, как Лео снова вошел в лоно, задев какую-то точку глубоко внутри. Мина снова кончила, отчаянно сжимая его плечи.

И еще. Она изумленно распахнула глаза и запрокинула голову. Лео неумолимо двигался. Плоть сталкивалась с плотью, и наконец он позволил Мине опустить ноги. Она все пыталась справиться с невероятным взрывом чувств. Эта близость потрясла ее до глубины души.

Хрипло зарычав, Бэрронс вздрогнул и излил в ее лоно свое горячее семя.

— Мина, — выдохнул он, падая без сил. — Боже.

У нее потеплело в груди от звука собственного имени. Чуть поколебавшись, Мина положила ладонь на спину Лео, чувствуя, как тот пытается отдышаться. Осторожное прикосновение, безмолвный вопрос. Ей так хотелось, чтобы он снова произнес ее имя. «Мина», — прошептал Бэрронс, и слово эхом отозвалось в самой ее сути.

Проклятье, что он с ней творит?

Мина только и могла, что держать его. Больше у нее ни на что не осталось сил. Только лежать здесь, совершенно выжатой, под весом его тела, что вдавливало их обоих в матрас. Мина не могла толком дышать, но когда Лео попытался сдвинуться, она затащила его обратно.

Долгое время они вот так и лежали. Она обнимала его, он — ее, уткнувшись носом в шею Мины. Дыхание Лео успокоилось, сердце размеренно билось в груди. Мина все еще чувствовала его член в лоне, влажный, большой, обмякающий…

Наконец Бэрронс приподнялся.

— Черт, — хрипло прошептал он. — Я не сделал тебе больно?

Мина покачала головой.

— Меня не так-то просто сломать, Бэрронс.

Он скатился с ее тела, и поток воздуха омыл кожу Мины, напоминая о наготе. Герцогиня по-прежнему ощущала эхо тяжести любовника. Он обернулся, она потянулась к нему, но отчего-то замялась.

Бэрронс сел на краю постели, сцепил руки в замок и оперся локтями на колени.

— Я совершенно не собирался этого делать.

В секунду между ними будто пролегла пропасть, которую Мине никогда — никогда! — не одолеть. Закусив губу, она прикрылась одеялом. Распущенные волосы щекотали поясницу.

— Не так. Я лишь хотел дать тебе кровь, чтобы помочь оправиться. Боже… — Лео провел ладонями по лицу и прижал их к губам.

Неужели он раскаивается в случившемся? Сердце Мины ухнуло вниз. Она все же коснулась любовника. Провела рукой по гладкой спине, очерчивая впадинки каждого позвонка. Бэрронс посмотрел через плечо. Мина хотела что-то сказать, но слова не шли.

— Я ни о чем не жалею, — заявил он с напором. — Хотя стоило бы. Так обойтись с тобой, взять то, о чем я так долго мечтал… Но я не раскаиваюсь, ваша светлость. И ничего бы не хотел изменить.

— Я тоже ни о чем не жалею, — прошептала она.

Сомнения омрачили его лицо.

— Я даже не знаю, искренне ли ты мне сейчас говоришь. — Голос Лео стал напряженным. — Но хочу, чтобы эти слова оказались правдой. Пожалуй, даже слишком сильно хочу. — Он уронил голову. — Ты вольна идти куда пожелаешь. У меня нет оснований удерживать тебя здесь. Нет никаких прав на тебя саму.

Что? Мина застыла.

Он встал, и ее рука соскользнула с его спины, задев крепкие мышцы зада. Бэрронс натянул бриджи и подхватил с пола рубашку. В пару шагов достиг порога, но заколебался.

Положив ладонь на ручку двери, он обернулся с совершенно нечитаемым выражением.

— Ты — единственное, что еще связывает меня с прошлым. Возможно, настало время тебя отпустить. Отпустить все это. — Сожаление плескалось в его глазах. — Прости, что задержал тебя дольше, чем следовало. Когда оденешься, я провожу тебя до стены. К сожалению, дальше мне нельзя, но не сомневаюсь, что ты вернешься домой в целости и сохранности.

Бэрронс ушел. Его шаги эхом прогремели по коридору, а сердце Мины медленно, с трудом вспомнило как биться.

«Ты же сказал, что не можешь меня отпустить».

Глава 19

Он уязвил ее самолюбие, и долго еще она пребывала в замешательстве, ощущая, как в груди разливается странное жгучее чувство. Уязвленная и, что более существенно, практически раздетая.

В комнате царила неразбериха. Как и в душе у Мины. Она заставила себя подняться с кровати и завернулась в простыню, подоткнув края на груди.

В ушах эхом звучали последние слова Лео: «Возможно, настало время тебя отпустить». Она могла вернуться домой, к своей королеве… но на сердце будто давил тяжелый кусок железа.

«Разве не этого я хотела?» Мина прижала к губам костяшки пальцев. Что теперь делать, непонятно.

Много лет назад она поставила перед собою цель и шла к ней неустанно. И на пути не должно было случиться никакого Бэрронса. Боже правый, а что если он сможет помочь?

Или же она совершит громадную ошибку.