Мужчина!

— Ты мучаешь меня!

— Ты слишком нетерпелива.

— Мне нужно это, я хочу этого!

Он улыбается мне.

— Даже так? Сможешь принять меня немного жёстче?

— Трахни меня уже, — приказываю я, — или я сойду с ума.

— Этого я, конечно, допустить не могу. — Айс резко входит в меня, и я вскрикиваю от удовольствия, но тут же подавляю звук, чтобы нас никто не услышал.

— Ты настоящее чудо, детка, созданная для меня. — Он движется быстрее и берёт меня жёстче, а я всё ещё жажду большего.

Я широко расставляю ноги и наслаждаюсь ощущением, что нахожусь во власти этого мужчины. Айс целует меня и непрерывно врезается внутрь, пока я не кончаю второй раз. Я вцепляюсь пальцами в его широкую спину и едва не до крови прикусываю губу, потому что новый кульминационный момент застаёт меня врасплох.

— Да, детка, кончай для меня… — хрипло говорит Айс.

Пока у меня в ушах шумит, и всё вокруг вертится, краем глаза я замечаю, как кожа Айса покрывается мурашками. Он вздрагивает и смотрит на меня преображённым взглядом. Айс тихо стонет и в последний раз вдавливает в меня член. Затем ложится рядом со мной и тянет меня за собой.

— Ну ничего себе.

— Всего лишь «ничего себе»? — я дерзко ухмыляюсь.

Айс улыбается в ответ и играет с моими волосами.

— Мой лучший секс. Это было невероятно.

— Ты невероятный, — шепчу я и целую Айса.

Это действительно было прекрасно, и уже кажется чем-то нереальным.

Ещё какое-то время мы обнимаемся, а потом он выключает свет.

Мы лежим рядом, взявшись за руки, и молчим. Подозреваю, что Айс, как и я, предается своим мыслям. Ещё один день и одна ночь, и нашим отношениям придёт конец. Не представляю, как смогу это пережить. Мы понимаем, что зашли в тупик и что этого «мы» больше не будет. По крайней мере, я понимаю.

Я беззвучно плачу и надеюсь, что Айс этого не заметит. Но он замечает. Он поворачивается и гладит меня по лицу. Не говоря ни слова, он целует мои слёзы и гладит мои руки.

Я бы хотела сказать ему, что он забрал моё сердце, но не хочу усложнять жизнь никому из нас. Кроме того, я не знаю, чувствует ли он то же самое, что и я, в конце концов мы познакомились совсем недавно.

Наверное, он спит со мной только потому, что я ему подхожу, ведь он презирает режим. Я знала, что наша интрижка продлится недолго, но хотела насладиться тем, что у нас есть, всеми своими чувствами, и так долго, как могу! Пусть даже это просто взаимовыгодное партнёрство… было… Расставаться больно.

После небольшого перерыва мы снова любим и ласкаем друг друга, пока не начинают слипаться глаза. Айс остаётся со мной лишь пока я не засыпаю, потому что, когда Мэри на следующее утро стучит в дверь, его уже рядом нет.

Мы с отцом сидим за столом и завтракаем, когда звонит дверной звонок. Мэри всё ещё здесь, поэтому она идет открывать.

«Кто это может быть так рано?»

Когда Мэри выходит, я пользуюсь моментом, чтобы расспросить отца, ведь днём мы почти не видимся.

— Что нового?

— Я говорил тебе, что во время налёта на фабрики и плантации угнали грузовой шаттл?

Я мотаю головой.

— У повстанцев есть один из наших кораблей?

О боже, даже представлять не хочу, что они могут натворить, имея его.

Отец кивает.

— Подача сырья прервана, но у нас есть запасы на полгода. Так что пришло время построить новый завод.

— А поля?

— К счастью, они в основном целы. Благодаря спринклерным системам сахарный тростник не загорелся. — Вздохнув, он намазывает маслом булочку. — Всё постепенно выходит из-под контроля. Я уже не знаю, кому можно доверять.

— Ты можешь доверять мне.

Лгать так легко. Если бы только отец знал, что Айсу известно об инъекциях! Не говоря уже о нашем романе…

Отец коротко улыбается мне.

— Мы пошлём войска и всех их уничтожим. Судя по всему, повстанцы объединили свои силы с аутлендерами. Мы отправили дрон, чтобы сфотографировать их город. К сожалению, неясно, насколько хороша их оборона и какое у них есть оружие.

Я внимательно слушаю, не перебивая его. Кажется, он больше разговаривает сам с собой, потому что не смотрит на меня.

— Мы уничтожим всех этих мутантов!

Если повстанцы убили так много наших людей, думаю, они заслуживают смерти. Просто я не люблю думать о войне. Я надеялась, что она навсегда осталась позади. После взрыва бомбы автаркические города подписали договоры о том, что всё ядерное оружие будет уничтожено и что в будущем они будут искать мирные решения. Это работало почти век.

Дивный новый мир, кажется, рушится. Но на самом ли деле он так прекрасен? Я не знаю, я уже ничего не знаю, только один вопрос вертится у меня на языке: