Тогда Сын Тишины бросил свою волю на наковальню Удачи, высоко подняв молот Искусства. Всматриваясь в мерцание жемчужных глубин Шара Теней, он задал безмолвный вопрос.

И получил ответ.

Зеркало - за арбалетом,

Шпага - рядом с топором,

Меч ведет отмычку следом,

Но командует - Никто.

Темный цвет в его одежде,

Темнота в его глазах;

В темноте - его надежды

И его сильнейший страх.

Стражнице не поклоняясь,

Он приветствует ее,

Свет его не испугает,

Даже свет очей Ее.

Осторожно, но упорно

Он свою находит дверь;

Нет преграды, что способна

Удержать его теперь;

Закрывать ему дорогу

Верный способ умереть.

Наблюдай за ним с порога,

Шанс хоть будет уцелеть;

Враждовать же с ним опасней,

Чем с обманутой Судьбой:

Ведь она не бросит Власти,

Чтоб расправиться с тобой.

"С каких это пор Знание стало являться мне в стихах?" - удивился Магистр.

– С тех пор, как ты взял в руки Шар Теней.

Неизвестный - тот самый колдун - стоял в дверном проеме. Как он появился здесь? Без единого звука, обойдя многочисленные преграды Башни, избежав внимания ее не менее многочисленных Стражей...

– Не существует преград для того, кто четко видит Цель, - с мягкой усмешкой сообщил Неизвестный - или, вероятно, следовало называть его "Никто".
– Твоя судьба сейчас в твоих собственных руках в буквальном смысле этого слова.

Сын Тишины печально вздохнул и положил Шар Теней на стол.

– А теперь, пожалуйста, сними чары Медленной Смерти с тех, кто исполнил обещанное.
– Никто сделал призывающий жест, и из воздуха возникла "великолепная шестерка".

– Уж это ты мог бы сделать и сам, - пробормотал Магистр.

– Мог бы, - согласился колдун, - но я предоставляю тебе возможность заплатить долг. Учти, я ведь делал это не для всех, с кем мы расходились во мнениях.

Беззвучное шептание Магистра завершилось резким разящим ударом, словно тот протыкал незримым мечом невидимого противника.

– Благодарю за сотрудничество.
– Рука Никого протянулась к Шару Теней, но ледяные пальцы сжались на его запястье.

– Этот Талисман больше не покинет пределов Селлы.

Инеррен, которого отныне в Селле будут называть Никто, приготовился к схватке. Это ледяное касание он распознал моментально: на тупиковых ответвлениях Теневой Тропы, куда чародей не раз сворачивал в поисках отдыха, стояли изображения этих существ - как напоминание тем, кто задерживался на одном месте СЛИШКОМ долго: Охрана не дремлет!

Их называли по-разному: всадники бледных коней, адские гончие, межзвездные скитальцы, а иногда - Рыцари Смерти. Последний титул, впрочем, явно ошибочен, поскольку ни к Кэрдану, ни к старой знакомой Инеррена Сборщице Душ - они не имели ни малейшего отношения.

Чародей с трудом вырвал руку из ледяной хватки и отступил.

– Как ты заполучил власть над межзвездными мкитальцами?
– спросил он.

Магистр покачал головой.

– Я не получил власть над ними. Единственное, что мне доступно: вызывать их, но контролировать...

– Интересно, а что ты будешь делать, если ему взбредет в голову заполучить твою жизнь?

– Наверное, то же, что и ты. И с равным неуспехом.
– Сын Тишины печально склонил голову.
– Прощай, Никто.

Межзвездный скиталец поднял призрачную руку. Круги бледно-желтого света, заменявшие ему глаза, замигали в незнакомом ритме.

И рядом с Инерреном возникли еще две призрачные фигуры. Их ледяные пальцы сомкнулись у него на плечах. А первый медленно направил вытянутую руку к сердцу чародея...

Смерть - желанная участь по сравнению с тем, что ждет павших от рук всадников бледных коней, даже если их кони находятся сейчас где-то в другом месте. Зная об этом, Инеррен не колебался, вкладывая в заклинание все силы:

Звезда не уступит по мощи Луне,

Она устоит и во льду, и в огне;

Но древний баланс покачнулся - и вот

Межзвездный скиталец сквозь Грани идет...

Сливается тьма с хороводом теней

Явитесь, Светила, на зов мой скорей!

И торжествующий, переливающийся радужными разводами поток волшебного света от взявшихся невесть откуда Шести Светлых Лун хлынул в Зал Ночи. Черные лучи Стражницы растворились в этом водопаде гибельного для межзвездных скитальцев света...