А-а-а! Так вот почему Эльс не стал пытать побежденных убийц. Все равно ничего не скажут. Просто потому, что и сами не в курсе.

– Наверное, то, что у преследователей огромные связи и деньги, – предположила я.

– Хорошая догадка. Поэтому стоит вначале убедиться, что все преступники повержены и нас не ждет очередной сюрприз.

– То есть мне безропотно ждать, пока ты скажешь, что предпринять? – кажется я перешла на крик…

– Да! – рявкнул в лицо Эльс. Наклонился, помедлил, словно в очередной уже раз не мог определиться: ударить, схватить или поцеловать.

Я чувствовала, как обволакивает незнакомый жар, как хочется наброситься на телохранителя с совершенно нецеломудренными намерениями.

Впервые я испытала это ощущение: когда хочется кого-то убить и одновременно поцеловать. Страстно, безбашенно и с каким-то остервенением. Я находилась на острие эмоций, будто чувствовала оголенными нервами.

Но гнев быстро одолел симпатию.

– Тогда я просто возьму и уволю тебя. И найму того, кто не станет размахивать как флагом своим опытом и умениями. А найдет возможность вести себя уважительно и корректно по отношению к заказчику.

Что-то промелькнуло на лице Эльса, но я так и не разгадала его эмоцию. Лишь поняла, что вальтарх не остался равнодушным к моей нынешней браваде и пока еще фальшивым угрозам.

Впрочем, спустя секунду варвар выглядел в точности, как и прежде: уверенным, невозмутимым и насмешливым.

– На данный момент у меня договор с газетой. Если редактор одобрит увольнение – попробуй, попытка не пытка. А пока я не изменю свою манеру работать. Привыкай, Лина Лейси. Иди в каюту, выпей успокоительного и готовься к прыжкам через пространственные бреши.

С этими словами Эльс крутанулся на пятках и устремился прочь по коридору, не дожидаясь моего ответа.

С минуту я стояла в каком-то оцепенении, не в силах двинуть одеревеневшими ногами. В ушах ошалело стучали молоточки, щеки горели, а дыхание сбивалось…

Но затем немного остыла от бури эмоций, что неожиданно вызвал вальтарх, непонятно с чего это вдруг. Как будто я раньше не встречала махровых, закостенелых, неисправимых шовинистов. Домостроевцев, искренне уверенных, будто женщине место на кухне, босой и в бикини, а временами еще и беременной как раз благодаря этому самому бикини…

Я наконец-то смогла выходнуть, вернулась в каюту и плотно закрыла за собой дверь.

Да, успокоительное сейчас не помешает. Вот только не для того, чтобы принять командование Эльса, пусть даже и не надеется на подобное.

В глубине души я понимала, что телохранитель прав и действует верно. Но все внутри меня восставало против методов вальтарха заставить себя слушаться, его безапелляционного тона и командирских замашек.

Трудно что ли объяснить все нормально? Ну, допустим, это занимает больше времени. Но почему бы не расчехлить красноречие хотя бы, когда опасность уже миновала? Эльс ведь даже после заварушки не спустился с Олимпа своего опыта и тренировок, чтобы поведать мне, ничтожной смертной, какой логикой он руководствовался. Разве что про расписание прохождения брешей сообщил между делом. Да и то – не в рамках добровольной помощи тем, кто еще не становился целью охоты всяких там галактических преступников. Исключительно, чтобы не опаздывала на «рейс».

Рассуждая в таком стиле, я расположилась в спальне, в кресле, что принимало форму тела, могло распластаться мини-диваном или поддержать хозяина, если требовалось поработать за компьютером. Новейший интеллектуальный пластик растекался, собирался, твердел или становился более мягким в зависимости от потребностей сидящего.

Регулировалось все при помощи кнопок на подлокотниках.

На передвижном столике, как и положено, в истребителях высшего класса обнаружились вазочки с печеньем, сухофруктами, булочками, блинчиками и бутербродами, накрытые специальными силовыми куполами. Благодаря этому продукты долго хранились и почти не теряли вкуса.

Напитки тоже предлагались: кофе нескольких видов, крепкий чай, ромашковый, несколько видов коньяка и вин. Я отключила силовые купола у пухлых глянцевых фиников, мягкого инжира и ароматных золотистых долек сушеных яблок и груш. Той же участи подверглась защита и термокупол для ромашкового чая.

Еще пара нажатий кнопок – и передо мной выплыл трехмерный виртуальный монитор, клавиатура и мышка. Последние не только реагировали на прикосновения, но и создавали ощущения, что касаешься твердой поверхности.

Я сделала журналистский запрос на все новости и доступную информацию про убийства на открытии зоопарка.

Галанет забросал ссылками, отрывками и комментариями. Последние я, как опытный репортер, не читала никогда и ни при каких обстоятельствах. Отзывы и дискуссии в сети – все равно что надписи на заборах. Пишут все, кому не лень, а реальные участники событий зачастую держатся в сторонке. На сайтах, где можно свободно комментировать книги и фильмы, отписываются сотни копирайтеров: одни спешат похвалить, другим оплатили «критику». Реальные покупатели редко высказываются. Зачастую они знают, что берут, идут на конкретные фамилии. А если и остаются недовольными, то уж наверняка не всем на свете, как убеждают продажные комментаторы.