Должно же быть хоть что-то, что не устроит моего отца и он расторгнет договор с Ольховским? Есть время найти.

Всё шло своим чередом, и я не напрягался до того самого момента, пока снова не увидел Лизу. Она моё всё.

Лиза

– Беги, поздравляй Максимку.
–  Подталкиваю Соню с подарком в руках.

У её двоюродного братика сегодня день рождения и прекрасный праздник. Соня, как настоящая девочка, любит красивые платья и туфельки, а поход в гости превращается в целое представление, пока мы выбираем подходящий наряд.

– Привет, мамочка.
–  Обнимаю сестру. – Тебя поздравляю первой.

– Спасибо. Я уже устала, - натянутая улыбка Арины и ошеломительный гам десятка детей с понимаем отзывается у меня внутри.

Со своим одним непросто, а с таким количеством, тем более. Но Максим просил именно детский праздник, куда он мог бы пригласить уже своих школьных друзей.

– Пойдём, расскажешь всё.
–  Топаю за сестрой, понимая, что именно сейчас меня закидает нравоучениями и наставлениями. – Так кто новый владелец? – Выходим на балкон, чтобы Арина выкурила сигарету, пока я выдаю подробности.

– Троянов, - выдаю на одном дыхании. – Младший.

Закашливается, с удивлением и осуждением посматривая на меня.

– Лиза…

– Я всё знаю. Я всё помню. Поверь.

– Но это ничего не меняет, так? – Испытывающий взгляд сестры раздирает на части. Я не могу давать клятвы, которых не исполню. – Вы уже? Я правильно понимаю?

– Он не знает о Соне. И не узнает.

– Лиза, - Аринка почти стонет.

Ей тридцать пять, старше меня на три года. Когда не стало родителей, она заменила маму – не воспитанием, - советами и помощью. Насколько могла, конечно. Именно Арина сетовала за то, чтобы я Соню оставила, но я не собиралась делать аборт, даже не рассматривала этот вариант, несмотря на убедительные доводы Троянова-старшего.

– Арин, я всё понимаю, но поделать ничего, увы, не могу. Это сильнее меня. Я не способна сопротивляться. Прекрасно понимаю, что хэппи энда не будет, а вечная любовь – это не про нас, но он мне нужен. Хотя бы на время. Мы друг другу нужны.

– Ты пожалеешь об этом, – с нажимом тушит сигарету, - ты ведь знаешь?

– Знаю.
–  Покорно киваю головой, встряхивая волосами. – Но это ничего не меняет.

– Ладно, - сестра целует в макушку, - ты уже давно большая девочка, Лиза, отвечающая за каждый свой шаг. Не забывай только, что ты не одна. У тебя есть Соня. И как бы ты не слетала с катушек, ты всегда должна помнить о дочери. У неё есть только ты. Троянова я в расчёт не беру.

– Я тебя услышала. Постою здесь пару минут. Ладно? – Арина лишь кивает, без слов оставляя меня в тишине.

Сестра поняла, не до конца, но по крайней мере не напоминала, как я скулила в голос несколько месяцев после отъезда из Питера. Меня разрывало на части, но я постоянно напоминала самой себе, что внутри меня Соня, и она нуждается в спокойствии.

Сдерживала сама и глушила всё невысказанное, не выплеснутое на Троянова в нашу последнюю встречу. Именно это – гнетущее изнутри, – не даёт нам сейчас вести продуктивный диалог. Необходимо выговориться, выплеснуть накопленные обиды, но, если я взорвусь и меня понесёт, я непременно зацеплю Соню, а Сергею о ней знать не нужно.

Троянов звонит. Чёрт, вовремя. Вспомнила…

– Привет. Уже соскучился? Только не ври.

– Соскучился. Врать не собирался. Ты где? Можем встретиться? Вчера мне тебя было катастрофически мало.
–  С места в карьер, но он открыт, знает, что только такой подход сработает.

– Не можем. Я на детском празднике. У моего племянника день рождения. Арина не поймёт, если я уйду.

– Арина… Помню твою сестру. Сколько Максиму?

– Сегодня семь. Он уже большой. Относительно.

– Я тоже хочу детей… – осекается. Сердце проваливается куда-то вниз, с бешеной скоростью толкает кровь по венам.

– Успеешь ещё. Тебе всего тридцать пять.

– Тебе тридцать два. Ты успеешь? – «Я уже», хочется крикнуть в трубку, но я сама себе закрываю рот ладонью, чтобы сдержаться.

– Успею. Не волнуйся.

– Забыла добавить «только не с тобой». Да? Я бы хотел ребёнка с тобой. Уверен, он был бы похож на тебя.

– Не думаю, скорее на тебя.
–  Смотрю через стеклянную дверь балкона на папину копию, заталкивающую втихаря конфеты в рот. Наивно думает, что мама ничего не видит.

– Тогда, когда ты ушла и пропала со всех радаров, я часто представлял, что ты беременна, - удар, второй, третий… словно знает. – Родила мальчишку и скрываешь от меня.

– Почему именно мальчика?

– У нас всегда были только мальчики в семье. Семь поколений мальчиков, если быть точным. В девочку я бы не поверил.
–  Усмехаюсь, подавляю желание громко рассмеяться в лицо Троянову. – Но был бы несказанно рад дочке, если только от тебя… - Закрываю глаза, сглатывая удушающий ком, вставший поперёк горла.

Заткнись, Троянов. Заткнись, или мне не хватит выдержки, чтобы не заорать в трубку, что ты уже два с половиной года папаша.