Не сразу решился спросить:

– Чен, что меня ждёт в ближайшее время?

Он пожал плечами:

– У всех по-разному, возможны жар и видения…

Я склонил голову:

– Спасибо…

Старик бросил на ходу:

– Пока не за что, не задерживай меня, Робин…

Но то, что вертелось на языке, удержать было невозможно:

– И последнее - что тебе известно о серебристом шаре, способном превращаться… - я не договорил, потому что Чен неожиданно рванулся ко мне, вцепившись длинными лакированными ногтями в и без того избитые плечи. Его перекосило от ужаса:

– Не дай бог, Капитан, не дай… Если это уже здесь, боюсь, нам ничто не поможет, но всё же попробуй, ты же - настырный… Найди эту дрянь и уничтожь, - его халат мелькнул перед глазами, задев мои ресницы, и словно растворился в воздухе.

Меня как будто молнией ударило:

– Да чтоб тебя, старый болтун, напугал…

Я покидал лавку с двойственным чувством: с одной стороны, конечно, было о чём переживать, ведь торговец и великий знаток ядов только что фактически подписал мне смертный приговор, дав в утешение слабую надежду. А с другой - старик перебил этот страх новостью, что проклятая посылка может покончить не только со мной, но и с теми, кого я искренне любил.

Моей гордости был брошенсерьёзный вызов, на который я не мог не ответить, поэтому поправив меч, развернулся в сторону Монастырских садов, где в данный момент неизвестно чем занимались порой не в меру ретивые новобранцы.

– Господин Капитан, - прошелестело совсем рядом, и, дёрнувшись, я едва справился с желанием дать кому-то в ухо, чтобы не подкрадывался сзади.

На меня смотрел ещё более древний, чем хитрый лавочник, старикашка, одетый в скромный халат слуги. Он низко поклонился, передавая поводья от великолепного чёрного жеребца и снова заставляя завидовать гибкости позвоночника некоторых пресмыкающихся:

– Хозяин прислал Вам коня, чтобы помочь в важном деле…

Это был сильный ход и, главное, своевременный, поэтому вскочив в седло и потрепав шёлковую гриву «сюрприза», я буркнул:

– Передай мою благодарность Чену, верну… скоро, чтоб его… - и, натянув поводья, направил нового помощника в нужную сторону, заранее торжествуя, ведь теперь перед недовольной толпой на улицах города у меня было преимущество в одну лошадиную силу.

И оказался прав - в сады добрался быстро и почти без происшествий: забравшийся на столб бестолковый увалень, как и застрявший в узких дверях лавки горожанин с вытаращенными глазами, да и слишком голосистая торговка, севшая толстым задом в пустую корзину - не считаются…

В огромных Монастырских угодьях мне повезло сразу найти ребят - помог босоногий, подбежавший к коню мальчишка: уцепившись грязной рукой за стремя, он указал вглубь боковой аллеи, прошепелявив:

– Дяденька! Там эта штука… того, а они упали… и всё…

Я не стал подробно расспрашивать красноречивого негодника и, пришпорив коня, решил разобраться в случившемся сам. Через минуту заметил торчавшие за кустами знакомые казённые сапоги и, спрыгнув на землю, холодея от дурных предчувствий, побежал…

Бин и Газ лежали рядом, раскинув руки, и, казалось, спали. Но их непривычно бледные физиономии, украшенных синяками и ссадинами, а также местами порванная и заляпанная кровью новенькая форма Городской Стражи указывали на то, что здесь недавно был бой, и мои славные ребята не сдались просто так…

Я упал на колени, ловя пульс на шеях обоих драчунов, и обрадованно рассмеялся, ощутив под пальцами слабые, но вполне уверенные толчки крови.

– Вот паршивцы, заставили своего Капитана переживать - и без этого забот хватает, - бормотал, чувствительно похлопывая их по щекам.

Они зашевелились, постанывая и охая, а потом снова затихли, и меня это здорово напугало, хотя и не так, как показавшиеся из их ртов чёрные, по-змеиному раздвоенные языки. В первый момент я в ужасе отпрянул, потянувшись к кинжалу, но вовремя опомнился:

– Это всего лишь видения, о которых предупреждал Чен. На самом деле ничего там нет, - и потянулся к Бину, чтобы убедиться…

Убедился, болван, чтоб меня… Змеиного языка и в самом деле не оказалось, зато были крепкие молодые зубы, мгновенно впившиеся в ладонь, так что теперь стонать пришлось мне. А заодно успокоить хорошей затрещиной бойца, оравшего во всю глотку:

– Ты ещё пожалеешь, что связался с нами, тварь!

– Глаза — то разуй, Бин, для кого - тварь, а для кого и Командир. И кто тебя, заразу, научил так кусаться, больно же… - я перетянул рану шейным платком, на котором уже не осталось свободного места от пятен крови, с ухмылкой посматривая на виновато хлопающего глазами рыжего парня.

– Командир, я…

– Ладно уж, помоги Газу и рассказывай, что здесь произошло.

История Бина оказалась занятной: они подозрительно быстро нашли рой серебристых пчёл, но ещё раньше его обнаружил человек в чёрном с закрытым платком лицом. Незнакомец, пробормотав «чудные слова», умудрился загнать «серебрянок» в корзинку с крышкой, после чего попытался скрыться вместе с ними.