Шрифт:
– Я так люблю тебя, малышка, как же я долго этого ждал.
– Я люблю тебя. Слушай, а мультики сейчас с нами? Мне нужно стесняться? А какие персонажи? Я любила принцесс Диснея, а еще страшненьких и милых из «Корпорации монстров», а ты с кем? – Мэри начинает издеваться и посмеиваться.
– Думаю глупо стесняться тех, кого нет в реальности. Когда я с тобой, их нет. Это Микки и, бывает, к нему присоединяется Дональд, но я никогда не понимал, что он несет, бывает и другие, но реже, – она закрывает рот ладошкой, а потом вертит пальцем у виска.
– Это просто свихнуться можно! Прости! Не сталкивалась прежде с таким, – повезло ей с братом.
– Поэтому я и держался от тебя подальше. Стрёмно, но ничего поделать я с собой не могу.
– Ты мой личный эксклюзив. Кстати, очень симпатичный.
– Ты совершенна. Моя Мэри, – хватит болтовни, обнажились не только физически, но и духовно. Стоит прикоснуться к запретному плоду.
Глава 5
Майкл
Камеры скрыты, мы с тобой крыты,
Сняты запреты, и мы раздеты.
Нам уже нечего больше терять,
Все повторится опять и опять.
(Капкан – Мот)
Мы заходим в душевую, я включаю теплый тропик, стоим закрыв глаза, подставляем лицо потокам воды. Мэри моет глаза мылом. Наблюдаю за ее движениями и то, как капли и ручейки воды обводят каждый уголок ее идеального тела. У нее красивая тонкая шея, грудь с торчащими розовыми сосками, впалый животик, под прозрачной кожей тянутся синие венки.
Протягиваю руку, прикасаясь к ее лицу. Она убирает свои руки давая мне доступ. Пальцами веду к груди и слегка сжимаю одну, глажу большим пальцем сосок. Опускаю руку ниже, она втягивает воздух в себя. Очерчиваю пупок, дотрагиваюсь аккуратно до центра ее желания. У Мэри расширяются зрачки, топят зелень в темноте страсти и похоти. Она не смотрит ниже моих глаз, потому что стесняется моего возбуждения, но не зажимается от меня сама.
Притягиваю ее к себе ближе. Она подчиняется. Доверяет мне себя.
Секс и касания с любимым человеком никогда ни с кем и ни с чем не сравнятся. Это другой мир ощущений и чувств. Такого никогда не испытать, если не любишь. А я люблю ее слишком сильно. Первая любовь, говорят, самая запоминающая. Мы с ней это запомним. Я так точно. Это как прикоснуться к мечте.
Прижимаю ее с разворота к себе спиной. Она откидывает голову мне на плечо и проводит языком по моим губам. Упираюсь головкой в ее попку. Скольжу по линии соприкосновения двух упругих половинок. Начинаю рукой массировать ее клитор. Ее оргазм всегда будет первым либо одновременным. До нее все было с немногими просто ради моего удовольствия. Но Мэри для меня стала чем-то вроде катализатора. Желание стать нормальным, теперь как решение всех наших проблем. Нужно докопаться до правды.
Мэри стонет мне в губы, немного увеличиваю темп, сам все это время трусь о ее зад и готов кончить только от трения о ее нежную кожу. Мой палец скользит в ее тугую дырочку, Мэри сжимает мой палец, а я ее грудь. Оргазм накатывает волнами, и мы вместе в этот момент, становимся идеально цельным организмом. Слияние черного и белого, темного и светлого. Я чувствую ее колотящееся сердце, мое в этом же ритме.
– Ты моя, Мэри. Запомни. Навсегда, – целую ее сладкие губы. Смываю с ее попки и позвонков свое извержение, Мэри хихикает и выпячивает свои зачетные булочки.
– Если не будешь стоять смирно, то я возьму тебя прямо сейчас, – она затихает.
Выхожу первым и беру огромное полотенце, заворачиваю ее и несу на руках на кровать. Мое сокровище вытирает волосы и скидывает полотенце на комод, растягиваясь на моей кровати.
– Это самое красивое зрелище, которое видела моя комната. Микки бы с Дональдом меня бы поддержали сейчас, – Мэри заманчиво манит меня пальчиком.
Нависаю над ней и снова погружаюсь в ее ротик. Языки сплетаются, возбуждение накатывает новой волной. Мы целуемся и разжигаем огонь. Но нас резко вытягивают из нашего с ней мира любви странные звуки.
– Черт, это гаражные ворота открываются. Какого? Они же должны были прилететь через четыре дня, – почти перепрыгиваю преграды и несусь к окну.
Машина матери заезжает в гараж. Что могло случиться? Ей надоел этот придурок? Он что, уже переписал все на нее?
– Мэри, придется продолжить позже! Давай, малышка, беги в свою комнату. Ронда нас не выдаст, я уверен, но мама ее сейчас точно поднимет и заставит толстушку сделать ей чай.
– Почему она вернулась? Весь кайф обломала, как обычно, монстр! – смеется Мэри, хватает полотенце и подбегает за поцелуем, после чего, спотыкаясь, бежит в свою комнату.