Шрифт:
И все – я бесполезное существо для этого гребанного мира, чтоб он провалился и сгинул!
На коне держусь как собака на заборе. В машинах разбираюсь – но их тут нет – вон стоят лошадки. Да, я служил два года, потом год АТО – но я там танка «сепаров» ни разу не видел, чтоб из своего РПГ в него запулить. А здесь нет ни гранатометов, ни бронетехники, ни оружия современного, в котором разбираюсь чуток – надо ведь знать чем торгуешь.
Да где его тут взять прикажите?!
Здесь из самопалов палят, а я ими только в детстве баловался. Порох бездымный не сделаю, патронный капсюль тоже, ибо не знаю как нитроцеллюлозу с гремучей ртутью сварганить. Вот стрелять из здешних фузей, пищалей, аркебуз и мушкетов смог бы легко, не велика наука – достаточно примитивное оружие. Да и тюнинг им провести, видел в музеи эти бандуры – смотреть без слез жалко. Пулю Нейслера и Минье отлить не проблема, над ружейным замком поколдовать можно. Пороховые мины смогу соорудить при случае, рвануть что-нибудь, тот же мост – правильно рассчитать нужно, порох слабоват для взрывчатки, далеко не тротил.
Только в наемники мне и осталось подаваться – землю пахать и за скотом ухаживать не умею. Саблей орудовать можно научиться, как и кинжалом – раньше у меня просто насчет «холодняка» голова не болела, да и зачем, когда ствол под рукою. Так что только в инфантерию регулярную подаваться и снова в строю шагать.
Можно и в незаконное вооруженное бандформирование податься, туда, где «огнестрел» есть. Хм, а ведь странный термин – если незаконное, то значит есть вполне законная банда, вооруженная до зубов. Не иначе как государственная структура какая, а то сама и власть. Вроде этих татар – они не войско, а именно банда, причем с такой сталкиваться крайне опасно. Даже казаки в крепости не смогли от них отбиться. Так что хрен сбежишь от этих бандитов, в любой момент убить могут».
Юрий тяжело вздохнул – такая вот у него печальная судьба стала, в которой положение аховое, статус самый «подлый» – чисто рабский, и почти никаких перспектив…
Апокриф 2
Луцк
Князь Владимирский, Луцкий и всей земли Волынской
Владимир Львович
2 апреля 1340 года
– Княже, беда! Король Казимир с полками Галич занял!
– Как такое случилось?!
Владимир Львович от страшного известия чуть не подскочил с кресла – но тысяцкому Роману Гнездо поверил сразу. Доверенный человек «короля всея Руси» Льва II Юрьевича, он и ему, сыну, служил преданно. Жаль только, что сил за ним, с того самого рокового дня 1323 года, когда в битве с литовцами у реки Ирпень погибли отец и дядя, у него не осталось – в жестокой сече полегла вся галицко-волынская дружина.
Он не прокняжил в Галиче и года – Боярский совет по наущению тысяцкого Дмитрия Дятьку призвал на княжеский стол сына мазовецкого князя, по имени Болеслав, что был ему двоюродным братом – его мать приходилась отцу Владимира родной сестрой. Так что впервые княжеский стол перешел к правителю по женской линии, и на то были веские причины.
Мазовецкие князья считались в Польше одними из самых сильных, и галичские бояре рассчитывали, что с помощью поляков сумеют отстоять Волынь от притязаний Великого князя Литовского и Русского Гедемина. Под их давлением Владимир Львович, не желая кровавой междоусобицы, удалился в Луцк, но при этом не отрекся от королевского и княжеского «стола», в результате чего сохранил номинальную власть.
Отпрыск мазовецкого князя Тройдена вскоре прибыл в Галич. Он принял православие вместе с именем Юрий. Однако вскоре он решил перебраться во Владимир-Волынский – непрекращающаяся грызня с галицкими боярами закончилась, почти как всегда, уверенной победой последних. О том свидетельствовали грамоты, где ниже королевской росписи стояли подписи знатных бояр и воевод с епископом, с указанием всех их имен и должностей. До такого непотребства ни один из Романовичей никогда не опускался – мнение бояр всегда учитывалось, но в грамотах никогда не приводился столь внушительный перечень.
Встретив такой неласковый прием (он ведь не «природный» король, а со стороны «призванный») Юрий-Болеслав фактически бежал на Волынь, став попутно князем Белзским. И впервые стал именовать себя «Dei gratia natis dux minoris Russiae», что означало, что он «Божьей милостью природный князь Малой Руси». Впрочем, на других его печатях ставился привычный королевский титул.
По настоянию римского папы Иоанна XXII Юрий-Болеслав довольно быстро оставил православный обряд. И теперь его деятельность являлась вредоносной для Галицко-Волынской Руси, что стало доходить до сознания даже самых эгоистичных бояр. Вот только сделать они ничего уже не могли – Юрий-Болеслав взял в жены дочь Гедемина Евфремию, а на ее сестре Альдоне женился польский король Казимир.
Под угрозой интервенции со стороны Польши и Литвы галицкие бояре присмирели, а потому два года тому назад в Вишеграде между свояками было подписано соглашение, чисто родственное – если Юрий умрет бездетным, то все его владения переходят польскому королю.
Вот с этого момента зачастили боярские посланцы в Луцк – как никак но изгнанный ими Владимир Львович прямой преемник династии, а польский король с бока припека, династических прав абсолютно никаких. Да, он родственник мазовецким князьям. Но король Юрий-Болеслав по женской линии является Романовичем, никак не по отцовской.
Свойство по супругам вообще никакого отношения к Галичине и Волыни не имеет, мало ли кто на ком жениться соизволит? Так что каждому свояку еще одну королевскую корону истребовать?!
Двенадцать дней тому назад из Галича пришло известие, что король Юрий-Болеслав неожиданно скончался. Причем по всем весям сразу же пошел слух, что его якобы отравили бояре, которые были недовольны угрозой насаждения католической веры.
Такое предположение Владимир Львович отверг сразу – галицким боярам в последнюю очередь была нужна смерть «призванного короля». А потому луцкий князь немедленно отправил в столицу своего тысяцкого с грамотой, в которой объявлял о своем повторном вхождении на «стол отич и дедич», как прямой наследник династии Романовичей. Он надеялся опередить Казимира в его притязаниях, аппетит ляхов можно было урезать с помощью венгров, с которыми земли Червонной Руси имели давние взаимосвязи. И Литве – князю Гедемину не понравился бы захват Польшей всего Галицко-Волынского княжества.